— А что он имел в виду, когда спрашивал, не испортили ли меня? — растерянно уточнила она. К счастью, никакого возмущения или недовольства в женщине не было, только чуть насмешливая ироничная усмешка. Хотя, может быть, и её не было: с таким разрезом губ было сложно понять.

— Точно сказать не могу, возможны два варианта. Во-первых, их мужчины теоретически способны принудить женщину к размножению, и он мог интересоваться этим вопросом. А, во-вторых, их самки действительно очень хрупки, и речь могла идти о физическом вреде.

— И чего нам в итоге можно ожидать? — женщина вопросительно вскинула брови.

— Ну, тебе точно ничего плохого не грозит, — отмахнулся я. — А со мной… либо вежливо передадут своим со словами «вы тут обронили», либо немного выпотрошат, и тоже передадут своим.

— В каком смысле «выпотрошат»? — насторожилась Рури.

— Не в том, о котором ты подумала, — я хмыкнул. Удивительное дело, но эта девочка, оказывается, всерьёз за меня переживала! До странности переменчивое и доброе существо. Как её в разведку взяли? — Считают память напрямую из мозга. Это довольно сложно сделать, но, если они зададутся такой целью, у них всё прекрасно получится. Эта их пыль — очень многофункциональная штука.

— Это очень плохо? — уточнила она.

— Я слишком много знаю, — я развёл руками. — Учитывая, что Иллур — основное направление моей работы, а наши хозяева меня опознали, о чём вполне недвусмысленно сообщили, это действительно очень плохо. Не то чтобы вся работа в этом направлении будет сорвана, но пострадает внушительный пласт. С другой стороны, я ведь останусь жив и здоров, что лично меня немного утешает, и утешит ещё пару человек, — насмешливо хмыкнув, резюмировал я.

— Погоди, я вот ещё что не поняла. Они оба, дав потомство, умирают? И кто-то ещё может ради этого процесса пойти на преступление? — удивлённо уставилась на меня Рури.

— Они не считают это смертью. Более того, именно это — единственный способ достичь бессмертия. Так что быть выбранным какой-то из самок — заветная мечта любого иллурца. Учитывая, что потомство неприкосновенно априори, невзирая на личностей родителей, не стоит удивляться попыткам похищений и подтасовки. Нет, встречаются конечно отдельные индивиды, избегающие участия в Последнем Полёте, но это единичные случаи.

Мы некоторое время помолчали. Таная, — мы порой называли их планету Танай, по старому имени той звезды, вокруг которой она вращалась, — о чём-то напряжённо думала, хмурясь, а я пользовался возможностью наконец-то внимательно её рассмотреть, без спешки и не сквозь пелену подступающего обморока.

Например, я отметил, что черты её лица во многом повторяли хорошо знакомое лицо Евгении Гороховой; видимо, изменения внешности шли по кратчайшему пути. Но вот это чужое, нечеловеческое лицо, производило гораздо более приятное впечатление, чем мордашка вполне симпатичной человеческой женщины.