|
Конь для всадника превыше всего, полковник. Твоя жена, когда ты вернёшься домой, первым делом должна напоить коня и помочь тебе расседлать его, а дети броситься не к тебе, а к нему, чтобы обтереть его, да, и ты сам, прежде чем не засыплешь ему в ясли овса и не осмотри коня от ушей и до копыт, из денника ногой в дом не ступишь. Конь ведь хотя и могучее животное, а всё же в некоторых случаях беспомощен, как малое дитя. К него же нет рук. Поэтому коню и нужен Всадник, ребята, и именно потому я учил вас на биомехах, как ухаживать за конём, как тешить и холить его. Всё это я делал только за тем, друзья мои, чтобы привести вас в Малую Степь, подвести к табуну мустангов, рассказать про каждого молодого жеребца, чего он стоит на самом деле, а потом помочь вам заарканить его и объездить. В одиночку я вас всех обслужить не смогу, но в Наурской живёт почитай двадцать тысяч Всадников и каждый и них будет просто рад услужить девушке или парню, которые проделали такой путь верхом на биомехе.
Эллис, сидевшая напротив Иля, тут же спросила: — Иль, мальчик, про это ты можешь мне даже и не говорить. Я не дура и догадалась об этом ещё в первую ночь, которую провела с тобой и мне понравилась твоя идея превратить такую оторву и бой-бабу, как я, во Всадницу. Меня интересует совсем другое. Как быть нам, мальчик мой? Извини, но я не для того мучаю свою задницу, чтобы потом стоять в стороне и смотреть на то, как парни Клейна выбирают себе в табуне мустангов. Поэтому я тоже намерена заарканить себе какого-нибудь вороного красавца и объездить его. Но если мы тоже приручим мустангов, то что нам с ними делать потом, ведь на Селере совсем другие верховые животные. Виромы больше похожи на оленей, чем на лошадей Земли. Как нам выйти из этой сложной ситуации? Ведь не стану же я мучить жеребца, поселив его на орбитальной станции наблюдения? Это будет уже самое настоящее скотство. Ей ответил полковник, который сказал: — Эллис, я думаю, что вы сможете легко найти выход из этого положения. На Селере ещё хватает неизученных островов и если вы хорошенько изловчитесь, то сможете подать всё так, будто нашли на одном из них лошадей и сумели их объездить. Ганс возбуждённо воскликнул: — А для этого нам всего-то и нужно будет за год, два собраться всем вместе в какой-нибудь стране, чтобы это не вызывало никаких подозрений и отправиться в экспедицию на далёкий остров за удивительными животными. Полковник, это же будет просто бомба! Ты прикинь, старина, те виромы, которые сейчас у селерийцев под седлом, это же сплошное недоразумение, ростом они хотя и будут, как наши лошади, — очень уж тощие и тонконогие, а потому если мы привезём, скажем в Заруан, табун лошадей хотя бы голов в пятьсот, то за каких-то десять лет сможем создать как минимум два конных полка, а это уже сила. Полковник Сонг ехидно поддел его: — Ганс, а не ты ли говорил мне, что как только закончится твой срок, ты сразу же смоешься с Селеры? Ганс махнул рукой и воскликнул: — Я тогда ещё не был Всадником, Клейн, и потому мне было плевать на Селеру, лично тебя и твоё правительство, которое назначило тебя директором Школы прогрессоров! Зато теперь я знаю, что мы, Всадники, сможем сделать на этой планете. Мы посадим селерийцев на лошадей и сделаем их Всадниками. Они ещё не деградировали до такой степени, как земляне, и их ещё можно лечить. Знаешь, Клейн, вот сейчас я готов прожить на этой планете и две, и три жизни обычного селерийца, а они, как ты знаешь, по сравнению с землянам древности — долгожители. Иль кивнул головой и сказал: — Тогда, Ганс, вам нужно будет везти с собой на Селеру мустангов пойманных на Равнине Эллады, возле ранчо «Грейт Хорс», они самые крупные и мощные во всей Малой Степи. Эти кони ведут свой род от древних шайров и английских чистокровных. Среди них встречаются гиганты, которые имеют рост под метр девяносто в холке и даже повыше, а вес больше тонны. |
