— Джой, дорогой, умоляю, продай мне хоть один пакетик. Послушай, я спокойно уберусь после этого отсюда. Я сяду в этот автобус. Но сначала мне нужно срочно ввести себе новую дозу. Джой, очень тебя прошу! Я просто не могу этого выносить, Джой! Один маленький пакетик и я уезжаю!

Тем временем второй полицейский вернулся от окошечка кассы.

— Заткнись, Мэри, — включился он в разговор. — Мы же знаем прекрасно, что во всей округе не найдется сейчас ни щепотки героина. Послушай, Джой, шеф выдал тебе деньги на оплату билета этой (…)?

Девушка обессиленно откинулась на стуле. Слезы градом текли из ее покрасневших глаз. Обильный пот выступил на лбу. Я знал, что с ней творилось. Она была стопроцентной наркоманкой, и у нее уженачали проступать явные признаки ломки. Состояние ее будет теперь все ухудшаться и ухудшаться, а дело пойдет на поправку, если такое вообще случится, только спустя довольно продолжительное время. Когда она подымала руку, чтобы вытереть глаза, на внутренней поверхности можно было разглядеть многочисленные следы уколов. Ясно было и то, что свое порочное и дорогостоящее пристрастие она пыталась оплачивать за счет другого порока, торгуя собственным телом. Нормальная ситуация. А теперь ее высылали в принудительном порядке из города. Нормальная ответная реакция властей. А очень может быть, что за ней числились прегрешения и похуже. Венерические болезни обычно бывают близкими спутницами наркомании и проституции. Все было настолько банально и настолько логически оправданно, что я даже и не надеялся, что Хеллер может быть хоть каким-то образом вмешанным в это дело.

— Потому что, знаешь, я вовсе не намерен оплачивать из своего кармана ее дорогу, — продолжал полицейский, уже подходя к кассе.

Джой выхватил у девушки сумочку. Она отчаянно пыталась удержать ее, за что получила удар в челюсть. С плачем она свалилась на пол. Оба полицейских направились к кассе. Джой еще по дороге начал рыться в сумочке.

— Нет, ты только погляди! — сказал он и продемонстрировал пачку денег, которые тут же и принялся пересчитывать. — Смотри-ка, сто тридцать два доллара!

— Да, много она накупит «снежка» на эти деньги! — сказал второй полицейский.

Они дружно расхохотались, потом поделили деньги между собой и преспокойно засунули их в свои карманы.

Внезапно на моем экране и сами полицейские, и окошечко кассы резко увеличились в размерах.

— Отдайте леди ее деньги, — послышался голос Хеллера.

Полицейские тупо уставились на него. Потом лица их приняли жесткое выражение.

— Ну ты, сопляк, — сказал Джой, занося дубинку. — Думаю, что тебя давно не учили!

Джой взмахнул дубинкой. Рука Хеллера провела на экране туманную полосу. С коротким щелчком рука Джоя переломилась над самым локтем. Легко, словно танцуя, Хеллер отступил на пару шагов. Второй полицейский уже вытаскивал из кобуры пистолет, изготавливаясь для стрельбы из обеих рук. Глаза его сияли злобной радостью, что можно застрелить кого-то. Нормальная реакция нормального полицейского. Ну, Хеллер, прощай, приятно было познакомиться. Еще одно туманное пятно мелькнуло на экране там, где только что была рука Хеллера. Пистолет полицейского задрался вверх и тут же вылетел из рук. Левая рука Хеллера опустилась на его горло, и глаза полицейского закатились. Хеллер сделал еще шаг и успел нанести полицейскому удар ногой в живот прежде, чем бесчувственное тело представителя власти успело коснуться пола. Ударом этим полицейский был отброшен назад и грохнулся на ящик для мусора.