Изменить размер шрифта - +
Если бы вы в конце концов не надумали избавиться от нашей теплой компании, кто знает, сколько бы вы еще прожили! Может, дожили бы даже до глубокой старости. Но положение мгновенно изменилось после того, как вы велели нам с Энн и Хайраму собираться в дорогу.

— Но почему? — не смог скрыть удивления Янси. — Я думал, что делаю доброе дело, проявляю щедрость.

— О, вы правы, мой дорогой! Вы были очень щедры к нам, но эта щедрость разом как-то блекнет на фоне вашего огромного состояния. С какой стати я должен соглашаться на какое-то там Доминго, когда могу получить все.., после того, конечно, как женюсь на вашей вдове? — Том улыбнулся, довольный своей сообразительностью. — Знаете, у меня сложилось впечатление, что Саре больше нравятся солидные, в возрасте мужчины. Вы со мной не согласны? Вспомните, ведь она вышла замуж за Сэма, разве я не прав? Когда я избавлюсь от вас и Хайрама, то уверен, что без особого труда уговорю ее выйти за меня замуж. Мы с ней будем, так сказать, товарищами по несчастью. Мне тоже предстоит стать безутешным вдовцом. Только представьте, ведь мы сможем утешить друг друга!

От ярости Янси скрипнул зубами. Воспользовавшись тем, что его наполовину скрывала тень, он пытался дотянуться до ножа, спрятанного за голенищем сапога. Его напряженный взгляд метался между безумцем Томом и языками костра.

— Похоже, вы все хорошо продумали. — Янси попытался отвлечь Тома.

— Спасибо. Я вам очень благодарен за похвалу, но, к сожалению, не могу ее принять, — как ни в чем не бывало ответил Том. — Я вам уже сказал, что идея принадлежит Энн и Хайраму.

Я только доработал ее и взял на вооружение. — Он посмотрел на неподвижное тело Барнелла и сокрушенно покачал головой. — А знаете, я испытал огромное наслаждение, когда убивал его… Ах да, чуть не забыл! Вы, кажется, поручили своим людям следить за Хайрамом? Успокойтесь, успокойтесь, они живы и здоровы.

Думаю, им недолго придется лежать связанными в доме Хайрама, кто-нибудь их обязательно скоро найдет. Я был очень осторожен, и они меня не видели. Еще одна тайна, над которой мне предстоит поразмыслить на досуге.

Только сейчас до Янси дошло, что однорукий человек не мог проделать все то, о чем рассказал Шеллдрейк.

— Ваша рука… — изумленно пробормотал он. — Так, значит, вы пользуетесь ею!

— О да, — лукаво улыбнулся Том. — Я уже некоторое время пользуюсь раненой рукой, но если бы вы знали, как выгодно, чтобы все считали вас немощным калекой. Люди с жалостью смотрят на вас, к калекам и относятся иначе. Их считают безобидными, от них не ждут подвохов. — Он посмотрел на сеновал. — Моя жена, например, потеряла бдительность и позволила мне шпионить за собой и своим любовником. Если бы я был здоров, едва ли она проявила бы такую беспечность. Я знал обо всех их планах! Представьте себе, обо всех до единого! Они оказались такими дураками!

Энн и Хайрам считали, что если у меня парализована рука, значит, я ничего не вижу и не слышу. В последнее время моя супруга совсем обнаглела и даже не скрывала своей ненависти ко мне. Но в конце концов я оказался умнее, я обвел ее вокруг пальца! — Губы Тома раздвинулись в довольной ухмылке. — Они со своей сестрицей думали, что из меня можно веревки вить. И напрасно! Я показал Маргарет, как глубоко она заблуждалась на мой счет. Перед смертью она, наверное, поняла, как сильно ошибалась.

— Маргарет? — осторожно переспросил Янси, искоса взглянув на Шеллдрейка. — Что вы хотите этим сказать?

В наполненном едким дымом воздухе прозвучал смех, от которого кровь стыла в жилах.

— Только то, что эта маленькая сучонка Маргарет надеялась заставить меня развестись с Энн и жениться на ней! — Том повертел головой. — Она знала, что я хочу быть судьей, и пыталась убедить меня в том, что скандал не помешает моим намерениям.

Быстрый переход