– Алло?…

– Джон, это ты?

– Да, я. Привет, Джин. Я сам собирался тебе звонить…

– Скажи, может быть, я не вовремя?

– Нет, все в порядке. Как твои дела? Тот журналюга все еще тебя достает? – В этот момент зазвонил аппарат на столе. Это мог быть Клаверхаус, но Ребус встал, пересек зал и вышел в коридор.

– Ничего, я от него скрываюсь, – говорила тем временем Джин. – Я не поэтому звоню… Помнишь, ты просил меня кое‑что уточнить? Сегодня просмотрела старые документы, но, боюсь, мне не удалось откопать ничего интересного…

– Это ничего, – вставил Ребус.

– …Хотя я потратила на это почти целый день, – закончила Джин.

– Если ты не имеешь ничего против, я хотел бы взглянуть на эти документы завтра…

– Что ж, это меня устраивает.

– …Если только по чистой случайности ты не свободна сегодня вечером…

– Я… – Последовала коротенькая пауза. – Я обещала навестить одну знакомую. Она только что родила и…

– Как это мило!

– Мне очень жаль, Джон…

– Пустяки, увидимся завтра. Тебя не затруднит подъехать в участок?

– Нисколько.

Они договорились о времени, и Ребус вернулся в зал. Почему‑то ему казалось, что Джин было приятно, когда он предложил встретиться сегодня вечером. Вероятно, она ждала, надеялась на что‑то подобное, а его слова подтвердили, что он интересуется ею не только по служебной необходимости.

Возможно, впрочем, что он просто выдает желаемое за действительное.

Сев в кресло, Ребус позвонил Клаверхаусу.

– Ты меня разочаровал, дружище, – сказал тот, узнав голос Ребуса.

– Я обещал, что никуда не уйду, и сдержал слово.

– Тогда почему ты не ответил на звонок?

– Потому что мне на мобильник кое‑кто позвонил.

– Кто же этот «кое‑кто» и почему он значит для тебя больше, чем старый друг?… Теперь я не просто разочарован – я оскорблен в лучших чувствах!

– Звонил мой букмекер, – объяснил Ребус. – Неудобно было бросить трубку – я должен ему две сотни.

Клаверхаус на мгновение замолк.

– Что ж, в таком случае я за тебя рад,‑ сказал он. – Ладно, слушай сюда: человека, с которым тебе нужно поговорить, зовут Деклан Макманус…

Ребус нахмурился.

– Чудовищно! Если я не ошибаюсь, то Деклан Макманус – настоящее имя Элвиса Костелло…

– Ну, очевидно, настоящее имя ему не нравилось, и он отдал его человеку, который в нем нуждался. – Клаверхаус продиктовал Ребусу телефон в Дублине, включая код международной связи. – Впрочем, я сомневаюсь, что жадины из твоего Сент‑Леонарда раскошелятся на международный звонок, – сказал он в заключение.

– Да, десятка два бланков придется заполнить, – признал Ребус. – Спасибо за помощь, Клаверхаус.

– Хотел спросить, ты действительно намерен сегодня назюзюкаться?

– Пожалуй, это единственный выход. Когда мой букмекер меня разыщет, мне хотелось бы быть под полным наркозом.

– Я бы сказал – правильное решение. Ладно, я, пожалуй, тоже подниму сегодня стакан за плохих лошадей и хорошее виски.

– И наоборот, – сказал Ребус, кладя трубку. Клаверхаус не ошибся: телефоны, стоящие в рабочем зале, были отключены от международных линий, но Ребусу почему‑то казалось, что аппарат в кабинете старшего суперинтенданта Темплер в полном порядке. Единственная проблема заключалась в том, что Джилл, уходя, заперла кабинет. Немного подумав, Ребус вспомнил, что на случай непредвиденных обстоятельств Фермер Уотсон держал запасной ключ под выбившимся из‑под плинтуса краем коврового покрытия.