А вот подделывать запись, подставлять меня — это на него не похоже. Ощущение такое, что Рикара кто-то специально прислал тогда на полигон. Этот кто-то был твердо уверен в том, что между нами начнется ссора, которая выльется в сражение на боевых роботах, и затем случилось то, что случилось.

Я перебирал в голове все возможные варианты, однако так и не пришел ни к каким выводам. Тот, кто подобное мог провернуть, совершенно не нуждался в том, чтобы отправить меня к «Падшим». Тогда зачем был весь этот сыр-бор?

Хорошо, допустим, я не понимаю мотивов заказчика, но тогда, на полигоне, должен же был быть исполнитель? Кто-то же должен был все это провернуть, выставив меня крайним? Кто?

У меня на этот счет была одна единственная догадка — Айза. Как бы я ни доказывал себе, что этого не может быть, это дико и глупо, однако факты говорили об обратном. Она позвала меня на испытание «Лордов». Она же является телохранителем моего брата, который каким-то чудом прознал о том, где я нахожусь в тот конкретный день и в то конкретное время. Далее кто-то подделал записи, вызвал панцирников «Стаи». Айза могла это сделать? Легко!

И главный аргумент в пользу этой версии — Айза свидетельствовала против меня.

Интересно, а зачем все же Рикару понадобилось меня убивать? Неужели ему мало того, что я оказался в «Падших»? Ведь это позор для дворянина, смыть который — та еще задачка. Впрочем, даже если удастся покинуть ряды провинившихся воинов, пятно в моей биографии все равно останется, а это значит, что даже если отец умрет, а Рикар по каким-то причинам не сможет занять его трон, начнутся политические игры и борьба за власть, но я в них не буду участвовать. Из-за того, что я был одним из «Падших», я стану политическим трупом. Никто из благородных меня не поддержит.

Или поддержит? Ведь не зря же Рикар так отчаянно хочет меня убить, что даже подкупил воителя из моего мех-кулака….

Когда до отправления в патруль оставалось около часа или около того, мне все же пришлось вылезти из своего меха — вновь захотелось есть, а сидеть в боевом роботе еще восемь часов голодным желания не было.

Плюс я ведь не могу прятаться в кабине вечно. Рано или поздно придется выйти.

Я спустился вниз и направлялся к полевой кухне, зыркая по сторонам, будучи готовым к внезапному нападению.

Геми, похоже, не оставил своей глупой затеи и был настроен очень серьезно. Я заметил его издалека, хотя делал вид, что не замечаю его и не ожидаю атаки.

Геми засек меня и пер напролом, будто танк. Взгляд его был тяжелый, глядел он исподлобья.

Я позволил ему подойти достаточно близко, однако когда он попытался ударить, резко отскочил в сторону, затем схватил его за руку и попытался взять на болевой, но он просто кувыркнулся, вырвал свое руку из моей хватки и вскочил на ноги.

Мы замерли друг напротив друга.

Я-то думал, что у Геми квилоны — такие же, как были у меня. Но у него был самый обычный нож, который к тому же он держал хоть и крепко, но неправильно.

Те, кого учил Рок Аран бою на квилонах, сразу же распознали бы в Геми дилетанта, и я это тоже увидел: стойка, хват, положение ножа — все свидетельствовало о том, что в лучшем случае у Геми имеется какой-никакой опыт уличной драки, но не более того.

Народ вокруг нас уже начал собираться, и я попытался угомонить Геми.

— Эй, приятель, ты чего? — я делал вид, что не понимаю, почему он на меня напал.

— Ты украл мои вещи! — прорычал Геми.

— Чушь! Я целый день просидел в своем роботе, — заявил я.

— Значит, украл раньше!

— Раньше мы были в патруле! Геми, ты чего? Остынь! Ты, похоже, перегрелся!

Но Геми «остывать» не собирался — он ринулся на меня, пытаясь достать быстрыми и не особо точными ударами.