Я вернулся на свое место и злобно посмотрел на отца, который в этот момент глядел на меня.

— Испытуемый Коннор Штерн! Шаг вперед!

Коннор шагнул вперед.

— Вы прошли испытание и доказали, что достойны звания воителя.

Удивление на лице Коннора было таким, что даже судья смутился.

— Протестую! — заявил его защитник. — Мой испытуемый уничтожил двух противников! Он вправе претендовать на титул рыцаря!

— Вы выступали на более тяжелом мехе и имели преимущество по сравнению с другими испытуемыми! — заявил мой отец. — По условиям, которые вы приняли до испытания, звание воителя можно было получить только за две победы.

— Но такая договоренность была, так как другие участники шли в бой на средних мехах. О том, что одним из противников будет такой же, как у моего испытуемого, мех, речи не было. К тому же пилот, им управлявший, был уже не испытуемым, а воителем!

Старая добрая традиция — превратить Испытание, которое должны были проходить молодые воители, в самый настоящий фарс и политические игры.

Я прекрасно знал, почему отец не хочет, чтобы Коннор получил титул рыцаря. Коннор был третьим сыном. Наследство ему не светило, а вот получив титул рыцаря, он вполне мог участвовать в сражениях за право владения, в которых в качестве трофея мог получить землю. Или же рыцарь имел право бросить вызов любому лорду манора и в случае победы получить владение. Я знал, что у дома Штерн давняя вражда с соседями, домом Кракалис. Вполне возможно, что, заполучив титул рыцаря, Коннор сразу же отправится к барону Кракалису и бросит ему вызов. А моему отцу это было не выгодно, ведь барон Кракалис — это его торговый партнер во многих направлениях.

— Лорд сказал свое слово, — заявил главный судья, — испытуемый Коннор Штерн…

— Я протестую!

Судья сбился и удивленно уставился на меня, а до меня самого далеко не сразу дошло, что именно я его перебил.

— Испытуемый Лэнгрин! Вы что-то хотите сказать?

— Я протестую! — повторил я. — Вторым противником Коннора Штерна был я. Первый его противник был равным ему по силе. Когда же я сражался с испытуемым Коннором, его мех был сильно поврежден.

— Это не относится к…

— Вы учли, что испытуемый Сардр Крад сражался без главного калибра, дали ему поблажку, учли, какой урон нанес испытуемый Акорион Аномикай. Так почему в случае с испытуемым Коннором Штерном вы не учитываете эти факты? Его мех, когда вступил в сражение со мной, потерял обе руки, лишился основного оружия, был сильно поврежден и тем не менее победил. Почему вы преуменьшаете его победу?

Воцарилось молчание. Я видел, что отец смотрит на меня с неприкрытой злобой, но мне было плевать: как он со мной, так и я с ним.

Совершенно растерявшийся судья бросил быстрый взгляд на моего отца. Тот еле заметно кивнул ему.

— Эм…в свете открывшихся деталей, а также сделанных испытуемым Лэнгрином заявлений судьи вынуждены взять паузу, — промямлил главный судья.

Похоже, они тянули время, чтобы граф, мой отец, им подсказал, какое решение принять.

Я мысленно поморщился. Раньше я с замиранием сердца следил за тем, что происходит на арене во время Испытаний, а дальнейшее решение судей было чем-то вроде констатации факта. С их выводами редко когда можно было поспорить, но то, что происходит сегодня, уже за гранью.

Похоже, судьи получили рекомендации от моего отца и начали объявлять свои решения.

— Судьи голосуют по вопросу получения испытуемым Коннором Штерном титула рыцаря…

— За…

— Против…

— За…

— Против…

— За!

— Три голоса за присвоение титула рыцаря испытуемому Коннору Штерну, — главный судья бросил вопросительный взгляд в сторону моего отца.