– Да ты что, хочешь, чтобы я еще выясняла, чем ты занимался на унитазе?

Что ты делал, а что не делал? И о чем ты там думал? – разозлилась служащая. – Да я для таких умников, как ты, на прошлой неделе специально вот это переписала.

Женщина тыкнула пальцем в табличку при входе в туалет, на которой было написано: «Платный туалет. Входная плата 3 рубля. График работы – круглосуточно».

– Ты читать умеешь? – силой повернула служащая парня к табличке. – Слова «входная плата» видишь? Это значит, вошел в туалет – все! Три рубля плати. А чем ты там будешь заниматься, хоть гусей разводить, это меня не волнует.

«Про гусей она совсем уж загнула», – усмехнулся Ларин.

Возможно, Виктор Андреевич, привыкший вмешиваться даже в самые мелкие дела вокзала, в другой раз и встрял бы в этот конфликт, но сейчас вопросы платного туалета волновали его меньше всего.

Он прошел на пятый путь, посмотрел, как выгружается ивано-франковский, увидел, что ремонтников на пятом пути, давно требующем ремонта, почему-то нет, и взял это себе на заметку.

Он старался .больше нигде не останавливаться, но все же отметил для себя, что в одном из баров не выполнили его приказа и не сняли довольно оригинальные, но сбивающие с толку пассажиров часы. Они были устроены таким образом, что стрелки двигались в обратном направлении. И соответственно четверть и без четверти менялись местами. Не один уже пассажир, основательно подпивший в этом баре, потом опаздывал на поезд благодаря именно этим часам.

Перед входом в кассовые залы было небольшое, но респектабельного вида помещение с помпезной вывеской частной железнодорожной компании «Голдрейлвэй»

Вадима Саперова.

«Расширяется», – подумал Ларин, оглядывая появившиеся недавно на стенде компании «Голдрейлвэй» новые объявления о комфортабельных вагонах бизнес-класса в стиле ретро, а также о всех видах услуг в новом поезде «Лолита». Этот поезд следовал из Москвы в Хельсинки и предназначался для приятного времяпрепровождения в пути состоятельных пассажиров. В нем даже имелся массажный салон с массажистками «без комплексов».

«И что в нем Лариска нашла?» – с горечью подумал Виктор Андреевич о дочери.

В кассовом зале была духота. Огромный поток пассажиров, стремящихся взять билеты, не могли остудить работающие здесь кондиционеры.

«Придется тратиться на более мощные кондишн», – вздохнул Ларин.

«Ну и очереди», – с неудовольствием оглядел он раздраженных от изнурительного ожидания людей.

Из первой же кассы, в которой работала жена заместителя Ларина Лидия Ивановна Брунева, он услышал ее неприятный голос:

– Не надо мне совать свой геройский билет. Я уже сказала, что с такими документами вас должна обслуживать воинская касса.

– По этому документу должны выдавать билет в любой кассе России, – отвечал разгоряченный человек в форме полковника.

Имея льготу на бесплатное и внеочередное приобретение билетов, мужчина с геройским удостоверением все же выстоял огромную очередь. А теперь ему указывали на другую кассу, у которой толпилось не меньшее количество людей.

Если бы кто-то узнал, за что получил этот человек Героя России и какое количество людей при этом спас, его бы, наверное, понесли на руках прямо в вагон поезда. Полковник никогда не пользовался правом брать билет без очереди, даже сейчас, когда в зале ожидания его ждала беременная жена.

– Мужчина, освободите кассу, – категорично. отрезала Брунева. – Послушайте, у вас же есть право взять билет без очереди.