— Все, — с усталым выдохом вырвалось у меня.

Шайти удивленно замерла у стола. Она явно собиралась сказать что-то едкое, но столкнувшись с моей реакцией, опешила.

— А как же Лоурес? Или ты не?..

— Именно — не. Я не люблю его. Невозможно полюбить кого-то за несколько дней, кайри. Но я пошла по проторенной дороге — и заблудилась. Всегда легче следовать за кем-то, чем прокладывать свой путь, но мы почему-то забываем, что идя за другими — мы повторяем их ошибки. В моем случае ошибки оказались фатальными.

Шайти задумчиво крутила в руках пресс-папье в виде ониксового дракона. Она явно не ждала такой откровенности, когда приглашала меня на беседу, и это ее сбивало, вкрадывалось в вроде бы просчитанный план лишним знаком, меняя даже не смысл — условие.

— Но ты ведь все равно, осознавая все это, пойдешь за Серебряным Волком и в огонь и воду.

— Пойду. Но не потому что люблю, а потому что — завишу. Думаю, ты должна понимать, что я имею в виду.

Шайти пораженно кивнула: именно она — понимала.

— Я знаю, где ты провела последние дни. И с кем, — наконец, произнесла она таким тоном, словно этим было сказано абсолютно все. Впрочем, в какой-то мере — так и было.

— И что?

— Шайрем, я не знаю, чего тебе понадобилось от Рета, но то, что вы сблизились и не скрывали это — факт. И слухи пойдут в любом случае, очень неприятные для тебя слухи…

Я безразлично пожала плечами. После истории с серебряными вряд ли моей репутации может что-то угрожать, ибо ее у меня и нет, по крайней мере, той, за которую стоило бы бороться.

— А если я скажу, что знаю, кто виновен в смерти Лаури? Кого ты выберешь? Ведь если Лоурес узнает дуэли не миновать, а тогда один из них умрет в любом случае.

Усталость пропитала меня насквозь. Уже идя сюда я знала, что обречена проиграть, но все-таки надеялась. Глупо.

— Чего ты хочешь?

— Ты знаешь, — просто ответила она и отвернулась. Думаю, ей этот разговор дался так же нелегко, как и мне. Все-таки кое в чем мы были похожи… просто она оказалась сильнее.

— Знаю. Но не слишком ли велика цена?

— За жизнь дорогого тебе человека? Не думаю. В нашем мире, Шайрем, все имеет свою цену, а безопасность — наиболее дорогой товар. Ты привыкнешь.

Я отрицательно качнула головой, хотя прекрасно понимала, что она права. Да, я не хочу привыкать к таким вещам, но — придется. В конце концов, обязанности следить за этим миром с меня никто не снимал. И не снимет.

— Думаешь, он справится? — меланхолично спросила я, устремив взгляд к окну.

— Да. Мы же будем рядом: если будет нужно — поправим.

Да, мы будем рядом.

Выдавив из себя немного грустную улыбку, я махнула рукой на прощанье и вышла. Ненависти или злости внутри не было — лишь пустота. Я исчерпала все, что было. Чем наполнить? Пока не знаю, но время подумать у меня будет. Все-таки мне предстоят годы служения… служения Императору, в которого я не верю.

Грустно.

«Рет»

Увидев в дверях своей комнаты Шайрем, Вальрет невольно вздрогнул — настолько пустым был взгляд у радужной принцессы. Казалось всю ее жизнь, всю энергию выпили залпом, не оставив самой девушке и шанса на спасение.

Отчаянно захотелось подойти, обнять узкие плечи, закрыть от всего мира, спрятать… она же ребенок еще. Ребенок, которого взрослые заставили играть в совсем недетские игры. Обучение в Храме Змееликой? Да что оно могло принести ей без реального опыта?! Она же даже не убивала ни разу! Ее тренировали, из нее по капле вытравляли жизнь — и преуспели.