— А если нет? — уже спокойнее спросил он.

Я невольно улыбнулась. Ну, если мое убиение снова откладывается, то можно продолжать и дальше радоваться жизни.

— Тогда тебе раз в месяц придется терпеть рядом с собой радужную кобру.

— Девочка, ты меня в могилу сведешь раньше срока. Ты хоть понимаешь, что полнолуние для нас длится три дня? Да, взрослые особи реагируют только на первую луну, но ты же даже не знаешь, что такое полная трансформация!

— Вот и узнаю. Сегодня ночью.

— Дура ты. И сумасбродка, — но это было произнесено так нежно, что я поняла: он на меня больше не злится. Все верно, на дураков же не обижаются.

— Какая есть. Лор… а ты мне поможешь? — не очень уверенно спросила я. До меня как всегда с запозданием дошло, во что именно я влезла. Волки с рождения привыкают к трансформации, а я даже не совсем представляю механику процесса. Даже прошедшая ночь принесла больше вопросов, чем ответов.

— А куда я денусь? Да и посмотреть на тебя в чешуе хочется. Надеюсь, ты не кусаешься?

Я прижалась щекой к плечу Лора, вынуждая его меня обнять, а потом тихо мурлыкнула:

— Для тебя я совершенно безопасна. В любом обличье.

— Надеюсь, — мужские губы коснулись моего виска, а потом чуть шевельнулись у уха, — пойдем работать. Мне теперь еще нужно спасти одну змеюку от самой себя.

— Пойдем, — согласилась я, выбираясь из таких уютных объятий. Ну не объяснять же ему, что «змеюка» проживет ровно столько, сколько и ее волк. Ну, может, чуть больше — право на месть еще никто не отменял.

Лоурес кай Вулф

Эта ее выходка чуть не убила меня на месте. Я и так стал подумывать, что ее лучше отправить куда-нибудь подальше, пока не заразилась, а она вместо этого хладнокровно ввела себе штамм вируса. Как такую оберегать прикажете? Да ей и враги не нужны — она сама себя угробит вернее, быстрее и качественнее!

Но события назад не отмотаешь, поэтому придется смириться со всем и контролировать ее обращение. Проклятье, уже начинаю жалеть, что не умею пользоваться даром. Ну на кой ляд мне способность исцелять, если я не знаю, с какой стороны к ней подойти?!

И как назло первая трансформация обычно очень болезненна, потому что ткани перестраиваются впервые, они еще не помнят, что значит быть чем-то иным. Как она перенесет все это? А я? Сидеть рядом и смотреть, как боль рвет тело и душу? И не мочь ничем помочь?..

Проклятье! Змееныш, что же ты сделала?! Все тебе неймется. Как ты вообще с таким характером дожила до этого возраста?!

Первую волну зова я почувствовал за пару мгновений до того, как она коснулась тела Шайрем, а потому был готов. Девушка, глухо застонав, качнулась. Я осторожно прижал к себе почти невесомое тельце, пережидая первый приступ. Необходимо отнести ее в комнату, но вначале нужно убедиться, что боль ушла, иначе я только причиню лишний вред. Дождавшись кратковременно передышки между волнами зова, я подхватил ее на руки и понес в комнату, не обращая внимания на взгляды тех, кто встретил меня в коридоре. В конце концов, с кем спать и когда я решаю сам, кто бы там чего бы не хотел.

Я успел устроить ее на кровати и кое-как избавить от лишней одежды, когда ее настигла вторая волна. Луна звала ее. Не знаю почему мы все оказались так зависимы от лунного цикла, но что есть то есть, а спрашивать уже просто некого — белые канули в лету. А вот их творения остались.

Надо сказать, что я впервые наблюдал со стороны обращение, и назвать это зрелище приятным, я бы при всем желании не смог: волны трансформации ходили под кожей, заставляя тело под самыми немыслимыми углами. А стоны боли сводили с ума.

Почему же так медленно? Она же уже должна была измениться! Но обращение как назло затягивалось.