Поле боя накрыла большая тень. Роза подняла голову и увидела, как над ними навис дирижабль из Идендери. Вновь прозвучал ненавистный рог; большинство пехотинцев Сконлана на удивление послушно последовали сигналу и отошли назад, выстроив стену щитов. Выжившие воины двух вольных городов и примкнувшие к ним перебежчики поступили так же, встав напротив. Роза заскрипела зубами: они потеряли больше половины.

«Наверное, хочет расстрелять нас, как цыплят».

На платформу с многозарядным арбалетом вышла знакомая фигура в развевающемся плаще. При виде Грея сердце лисицы радостно встрепенулось — им удалось захватить дирижабль! Маг картинно поднял руку и указал ею прямо на стоявшего во главе войска барона. Яркая молния прорезала воздух и ударила прямо в шлем, однако вспыхнувшие на броне алые руны спасли владельца. Следующую он принял на меч.

— И это все, что ты можешь? — взревел барон Сконлан. — Спустись и сражайся, как настоящий воин, трусливая зверушка!

Вместо ответа Грей раскрутил найденную в отделении гильдии огня серебряную цепь и бросил ее во врага. Подкрепленное артефактом заклинание воздушного лезвия встретилось с рунической защитой доспеха. Два мощных потока энергий схлестнулись, но в итоге поглотили друг друга. Руны потухли, но и сгущенный воздух развеялся, позволив цепи разлететься о выставленную латную перчатку.

— Слаб… — не успел барон договорить, как очередная молния ударила по лишенному магической защиты доспеху, поджаривая его изнутри.

Обе армии следили за зрелищной схваткой, поэтому никто не заметил, как со второй площадки вспорхнула Рин. Драконица по-прежнему тащила всученный ей Греем сундучок, но, по крайней мере, теперь в нее никто не стрелял. Зависнув над центром вражеского строя, драконица, следуя инструкции, откинула крышку и перевернула свою ношу. А потом с возрастающим изумлением смотрела, как вниз устремилась хрустальная сфера с ярким огоньком в центре. С изящным звоном разлетевшись на тысячу прекрасных осколков, она выпустила удерживаемую мощь.

Во все стороны ударил рой разъяренных молний, без разбору впиваясь в беззащитную плоть или холодный металл, перескакивая с одной цели на другую. Рин удивленно моргнула. Всего за десять ударов сердца она убила больше сотни разумных существ!

— Чего встали?! Хотите, чтобы магик забрал себе всю славу?! — Над строем союзников встал окровавленный Куиин. Волк с трудом держался на ногах, но у него хватило сил, чтобы поднять над головой свой знаменитый молот. — В атаку! Добить дохляков!

— Без пощады! — враз вернувшие боевой дух килдерцы и идендерцы с неистовой яростью бросились на врагов. И те, лишенные предводителя, дрогнули. Как это часто бывает, отступление обратилось в бегство. Ослепленные яростью победители не щадили никого, не слушая больше приказов, и устроили настоящую бойню. Спаслись только те, кто сразу бросил оружие и упал на землю.

Когда захваченный дирижабль завис над замком, оставшиеся внутри защитники безропотно открыли ворота в обмен на обещание пощады.

Поле битвы осталось за Котом.

***

После жизни, проведенной в горах, утренний воздух на равнинах казался пьянящим. Дело портил привкус горького дыма, но Грей уже успел к нему привыкнуть.

Кот, как обычно, сдержал слово. Замковый гарнизон пощадили, но вот зданиям небольшого городка при крепости здорово досталось. Разъяренные гибелью товарищей, воины двух вольных городов поджигали и крушили куда больше, чем грабили; посреди центральной площади развели огромный костер, куда кидали все найденные знамена, гобелены, дорогую мебель и одежду.

Позволив бойцам выпустить пар за одну ночь, Грей и оставшиеся в живых лидеры пресекли беспорядки, но запах гари держался в воздухе даже спустя три дня после битвы.