|
Пятьсот воинов — это сила. Однако отказаться не посмел. А теперь лушап: пусть Леркари поднимает оружие на жирных, ты с ва- |*Ж инкам и ему поможешь. Когда дело будет сделано, мы пойдем к невольникам и позовем их в ватагу. Будет у нас восемьсот «Уш. а Леркари скажем: вот — бог, вот — порог. Садись на свой іи|чігі.'іі( и уходи, пока цел. А фряжским купцам дулю с маслом — похозяйничали, хватит. Сделаем Кафу вольным городом.
А как же боярин? Што боярин? Он говорил другое. Зачем нам вольный город, ежели на Руси
| иго лежит ярмом тяжеленным. Вот поможем Ивану Василичу рассчитаться, тогда видно будет... Пойми, атаман, одно: если город будет наш, мы князю вдвое поможем. А ватага! Людей куда денем? - Будут они воины вольного города. А ты — воеводой. И-эх, говлю с Русью развернем! А вдруг ватажники не согласятся? Може, Иваша встанет М)|пн>. подумав, сказал Василько. И ы там смелей будь! Ивашка, он скорее тебя на богатеев Ü Все одно подумать надо. С ватагой потолковать. ш »Подумать, подумать». Зачем тогда шкиперу кричал? * Я ж думал только подраться за бедных людей, помочь им, § «нінм «а Дон. ■ Б і к Игнат Рыжик: «Порублю жирных... и плотничать», b Не смейся, Никита Афанасьевич. Без ватаги все одно не 11\, спи. Утро вечера мудренее... ■ Толі.но вошел на другой день атаман во двор Чурилова, а на- іЦі'1'iv Ивашка. Не говоря ни слова, потянул Сокола в уеди¬
ненное место. Уселись под лабазом на тюки с холстиной, Ивашка начал: — Думаю, бранить меня станешь. Посвоевольничал я... — Ивашка замолчал. — Ну, сказывай. — Был в таверне, не вино вкушал, а разные речения. Понял -н затевается в городе сполох. Нашелся у них капитан... — Может, Леркари его зовут? — Отколь знаешь?! — Слышать о нем привелось. — Вот бы нам подмогнуть этому капитану, а? — Как же с вольным городом? На Дону? — весело спросил Сокол. - Так ведь оно не обязательно на Дону. Здесь, я думаю, та¬кой город заиметь еще способнее. Ни князей, ни бояр нет, а жирных неужели мы не подавим? I — Я сам об этом которы сутки думаю,— сразу признался Василько.— Тут капитан этот — десятая спица в колесе. Ты послушай, что посол московский да Никита-купец мне сказывали... Когда Ивашка выслушал все, задумался крепко. — Да-а,— протянул он,— без ватаги на такое дело решаться не след. Пожалуй, завтра пора к Черному камню выезжать. Посидели еще немного молча. Ивашка спросил: — А у тебя самого куда более душа лежит — на Дон али здесь! — Если на Дон — Ольги мне не видать. А коль здесь останусь, купец обещает свадьбу сыграть,— виновато сказал Сокол. — Ты рехнулся! Ватагу на кого бросишь? — Пока вольный город простому люду не добудем — не оставлю. Пойдем говорить с ватагой. * * * Чем больше Демо вникал в дела обороны города, тем яснее ему становилось, что кафинские генуэзцы обречены. |
