— Хорошо, Не-столь-же-большой-как-Средний-Джок-но-больше-чем-Мелкий-Джок, я могу…

— Это Не-столь-же-большой-как-Средний-Джок-но-больше-чем-Мелкий-Джок-Джок, хозяйка, — сказал Не-столь-же-большой-как-Средний-Джок-но-больше-чем-Мелкий-Джок-Джок. — Это на одного Джока короче, — добавил он услужливо.

— А ты не хотел бы довольствоваться чем-нибудь, вроде Генри? — спросила Тиффани беспомощно.

— Ах, нет, хозяйка, — Не-столь-же-большой-как-Средний-Джок-но-больше-чем-Мелкий-Джок-Джок поморщился. — У каждого имени своя история, ты знашь. Было много храбрых воинов по имени Не-столь-же-большой-как-Средний-Джок-но-больше-чем-Мелкий-Джок-Джок. Это почти такое же знатное имя, как Мелкий Джок непо-сре-дственно! И конечно, сам Мелкий Джок должен пойтишь к Последнему Миру, и тогда я получу имя Мелкого Джока. Нет никого, кто бы сказал, что я не достоин прозвания Не-столь-же-большой-как-Средний-Джок-но-больше-чем-Мелкий-Джок-Джок, ты знашь. Было много прекрасных историй о делах Не-столь-же-больших-как-Средний-Джок-но-больше-чем-Мелкий-Джок-Джоков, — добавил пиксти, выглядя настолько серьезным, что у Тиффани не хватило духа сказать, что это, наверное, были очень длинные истории.

Вместо этого она сказала:

— Хорошо, э, пожалуйста, я хочу говорить с Хэмишем-летчиком.

— Без проблем, — сказал Не-столь-же-большой-как-Средний-Джок-но-больше-чем-Мелкий-Джок-Джок, — ща прийдет. Он исчез. Мгновение спустя Тиффани услышала или, скорее, почувствовала пузырящиеся переливы фигловского свиста.

Тиффани вытащила из передника «Болезни овцы», которая выглядела теперь очень потрепанной. В конце была чистая страница. Она вырвала ее, чувствуя себя преступником, и достала карандаш.

«Дорогие мама и папа, Как Вы? Я хорошо. С Вентвортом тоже все хорошо, но я должна пойти и забрать его у Ко оттуда, где он сейчас. Надеюсь скоро вернуться.

Тиффани .

PS. Я надеюсь, сыр в порядке.»

Только она успела перечитать написанное, как над ее головой послышалось хлопанье крыльев. Что-то затрещало, на мгновение наступила тишина, а затем тонкий злобный и как будто придушенный голос воскликнул:

— Ай, кривенс!

Она посмотрела в ту сторону. Тело Хэмиша торчало вверх тормашками в нескольких футах от нее. К его рукам все еще были привязаны куски коры.[9]

Чтобы вытащить его, понадобилось некоторое время. Так как он ввинтился головой вперед, Тиффани решила, что его надо вывинтить в противоположную сторону, и постараться, чтобы его уши остались на месте.

Когда он принял вертикальное (весьма шаткое) положение, Тиффани спросила:

— Ты можешь завернуть камень в это письмо и сбросить его перед моим домом так, чтобы его заметили?

— Да, хозяйка.

— И… э… это не вредно, так падать на голову?

— Нет, хозяйка, но это жуть как неловко.

— Есть игрушка, которую мы частенько делали, она могла бы помочь тебе, — сказала Тиффани. — Надо сделать что-то вроде… сумки с воздухом…

— Сумка с воздухом? — спросил летчик озадаченно.

— Хорошо, помнишь, как взлетают рубашки на веревке после стирки, когда поднимается ветер? Так вот, ты делаешь сумку из ткани, привязываешь к ней веревки, а к ним — камень, и когда ты бросаешь все это, камень медленно планирует вниз.

Хэмиш уставился на нее.

— Ты меня понимаешь? — спросила Тиффани.

— О, да. Я только ждашь, на тот раз, если ты хошь добавить что-то еще, — вежливо ответил Хэмиш.

— Как ты думаешь, ты мог бы, э, заимствовать  какую-нибудь небольшую тряпочку?

— Нет, хозяйка, но я хорошо знашь, где можно ее спереть, — ответил Хэмиш.