Тиффани решила оставить это без комментариев. Она спросила:

— Где была Королева, когда опустился туман?

Хэмиш показал:

— Где-т полмили туда, хозяйка.

В отдалении Тиффани увидела еще несколько курганов и несколько каменных глыб из былых времен. Их называли трилитоны, что означало всего лишь «три камня».

Единственными камнями, найденными на Мелу, были, естественно, кремни, которые никогда не бывали очень большими. Но камни трилитонов были доставлены с расстояния по крайней мере в десять миль и сложены, как кирпичи в детском конструкторе. Тут и там камни стояли по кругу, иногда камень стоял в полном одиночестве. Должно быть, потребовалось много людей и много времени, чтобы сделать все это. Некоторые люди говорили, что там приносили человеческие жертвы. Некоторые считали, что это было частью какой-то древней религии. Некоторые говорили, что камни обозначали древние могилы. Некоторые считали, что они были предупреждением избегать этого места.

Тиффани не знала. Она была там несколько раз с сестрами ради приключений, на тот случай, если там есть какие-нибудь черепа. Но курганам вокруг камней было тысячи лет. Все, что там можно было найти теперь — только кроличьи норы.

— Что-нибудь еще, хозяйка? — вежливо спросил Хэмиш. — Нет? Тогда я пшел…

Он поднял руки над головой и помчался через торф. Тиффани подскочила, потому что ястреб рухнул с неба на расстоянии нескольких ярдов от нее, схватил его и потащил вверх.

— Как может человек шести дюймов кататься на такой птице? — спросила она, когда ястреб уже опять кружился в небе.

— Ах, все, что требуется, чтоб он спустился, это немного ласки, хозяйка, — сказал Не-столь-же-большой-как-Средний-Джок-но-больше-чем-Мелкий-Джок-Джок.

— Действительно?

— Айе, и большой кусок живодерства, — продолжил Не-столь-же-большой-как-Средний-Джок-но-больше-чем-Мелкий-Джок-Джок. — Хэмиш обучает их, нарезая круги в кролячьей шкуре, пока птиц не нападет.

— Это выглядит ужасно! — воскликнула Тиффани.

— Ах, он с ними не то чтоб жесток. Он только сшибает их своей главой, и потом у него есть особое масло, сам делает, так он вливает его им в глотку, — продолжал Не-столь-же-большой-как-Средний-Джок-но-больше-чем-Мелкий-Джок-Джок. — Когда они просыпаются, они думают, что он их мамочка, и делают все, что он им скашь.

Ястреб уже превратился в небольшое пятнышко.

— Кажется, что он вообще редко бывает на земле, — сказала Тиффани.

— О, да. Ночью он спит в гнезде ястреба, хозяйка. Он говорит, что оно обалденно теплое. Он все время в воздухе, — добавил Не-столь-же-большой-как-Средний-Джок-но-больше-чем-Мелкий-Джок-Джок. — Он не может быть счастливым, если ветер не задувает ему под килт.

— И птицы не возражают?

— Ах, нет, хозяйка. Все птицы и звери здесь знают, что дружить с Нак Мак Фиглами — это большая удача.

— Точно?

— Хорошо. Сказать по правде, хозяйка, еще они знают, что не дружить с Нак Мак Фиглами — очень неосмотрительно.

Тиффани посмотрела на солнце. До заката оставалось несколько часов.

— Я должна найти дорогу, — сказала она. — Слушай, Не-столь-маленький-как…

— Не-столь-же-большой-как-Средний-Джок-но-больше-чем-Мелкий-Джок-Джок, хозяйка, — сказал пиксти терпеливо.

— Да, да, спасибо. Где Всяко-Граб? Где все?

Молодой пиксти выглядел немного смущенно.

— Там под нами небольшие дебаты, хозяйка, — сказал он.

— Ладно, мы должны найти моего брата, так? Я  кельда на ближайшее время, да?

— Это чуть более не-од-но-знач-но, хозяйка.