Тиффани не могла понять, как это работало, но здесь были такие вещи, как Псы Мрака и Всадник без головы. Эти сны были… более реальными.

Королева могла взять сон и дать ему… тело. Вы могли войти внутрь и исчезнуть. И вы не могли проснуться прежде, чем чудища настигнут вас…

Люди Королевы брали не только пищу. Они брали и людей…

— …таких, как волынщики, — сказал Уильям бездомный. — Феи не могут играть музыку, ты знашь. Она крадет человека, чтоб он ей играл.

— И она берет детей, — сказала Тиффани.

— Да, твой мелкий брат не первый, — сказал Всяко-Граб. — Здесь не так много забав и смеха, ты знашь. Она думашь: она хороша с дитями.

— Старая кельда сказала, что она не будет вредить ему, — сказала Тиффани. — Это правда, не так ли?

Нак Мак Фиглов можно было читать, как книгу. Это была бы большая простая книга с картинками пятнистых собачек с большим красным мячиком и одним-двумя предложениями на страницу. Все, что они думали, тут же отражалось на их лицах. И теперь во всех взглядах читалось: «Кривенс, надеюсь, что она не задашь нам вопрос, на который мы не хотишь отвечать…»

— Это верно, не так ли? — повторила она.

— Ну, да, — ответил Всяко-Граб медленно. — Она тебе не совраш. Кроля постарается быть доброй к нему, но она не знашь, как. Она эльф. Они не очень хороши в заботе о других.

— Что с ним случится, если мы его не вернем?

Снова взгяд, говорящий: «Мы не знашь, что бушь…».

— Я сказала … — повторила Тиффани.

— Смею сказать, что она отошлет его обррратно, когда прррийдет вррремя, — сказал Уильям. — И он не вырррастешь. Здесь ничто не стареет. Ничто не растет. Ничто вообще.

— Значит, с ним все будет в порядке?

Всяко-Граб что-то прохрипел. Это походило на голос, который пытался сказать «да», но спорил с мозгом, который знал, что правильный ответ «нет».

— Скажите мне, что вы не договариваете, — сказала Тиффани.

Псих-Вулли ответил первым:

— Например, таяние ведет к…

— В этом месте время идешь медленнее и дольше, — сказал Всяко-Граб.

— Годы проходят, как дни. Мобыть через несколько месяцев Кроле мелкий пацан надоест. Несколько здешних месяцев, ты знашь, где время медленное и тяжелое. Но когда он вернется в смертный мир, ты будешь старухой или вообще помрешь. Так что если заведешь своих ребят, скажи им, чтоб они искали мелкого липкого мальца, шатающегося по холмам и клянчащего конфетки, мучто то будет их дядя Вентворт. То не самое худшее, что мошь быть. Если долго живешь в мечтах, сходишь с ума. Ты никогда не смошь проснуться, не смошь опять жить в натуре.

Тиффани уставилась на него.

— Такое случалось прежде, — сказал Уильям.

— Я верну его, — спокойно сказала Тиффани.

— Мы и не сомневашься насчет того, — сказал Всяко-Граб. — Куда б ты ни шла — мы пойдешь с тобой. Нак Мак Фиглы ниче не боятся!

Поднялось всеобщее ликование, но Тиффани показалось, что синие тени высосали все звуки.

— Айе, ничего, кроме законников ммфф ммфф, — попытался сказать Псих-Вулли, прежде чем Всяко-Граб зажал ему рот.

Тиффани вернулась к следам копыт и пошла дальше.

Снег неприятно скрипел под ногами.