|
Лучше бы десять синяков, но только там, где их не видно, чем один синяк на самом виду — под глазом.
— Что-то как у нас светло сегодня! — сказала мать, собирая ужин. — Может, ты, отец, другую лампочку ввернул?
— Да нет, — ответил отец, — это Алексей фонарь зажёг.
Лёня молчал, терпел.
Потом пришла Феня с фермы. Она торопилась обратно, только взяла хлеба и молока. Но, как ни торопилась, разглядела-таки Лёнин синяк.
— О! — усмехнулась она. — С обновкой тебя, защитник слабых!..
Наконец наступила ночь. Лёня лежал и думал. На душе было нехорошо. Вот он и воду носит, и с тенью борется, и на руках подтягивается… А Корней всё-таки его бьёт. Наверно, ничего не получится. Может, бросить всё это?
Бросить! Значит, пусть Корней делает что хочет, а они все только будут на него глядеть?
В это время к Лёне на кровать прыгнул Кот.
— Не спишь? — промурлыкал он.
— Не сплю, — ответил Лёня.
— А можно, я около тебя лягу?
— Ложись, только в ногах.
Кот с удовольствием улёгся на одеяло. Помурлыкал, умылся. А потом опять спросил:
— Не спишь?
— Не сплю.
— Тогда я тебе расскажу хорошую сказку. Слушай… Жила-была хозяйка. Она была добрая. Молоко и сметану на лавке оставляла, никакими крышками не покрывала. Я молочко лакал, сметанку лизал. А хозяйка меня никогда не бранила… Спишь?
— Не сплю.
— Никогда не бранила, да ещё сала давала. Как поешь вкусно, так и бежишь на крышу. Сидим на крыше, поём песни на все голоса. Хорошо, весело. Так и надо жить — сладко есть, мягко спать, ни о чём не заботиться, делать что хочется, в драку за других не лезть, свою шкуру беречь — если, конечно, ты настоящий Кот… Спишь?
Лёня не ответил.
— Спит, — проворчал Кот. — Вот всегда так. Я ему хорошие советы даю, а он засыпает. Никогда, никогда наш Лёня не смог бы стать настоящим Котом!
Рассказ о Мыльном Пузыре
— Вот это да! — сказал Иван Андреич.
Все трое стояли перед ним разукрашенные — у кого синяк, у кого шишка, у кого царапина.
— Дрались?
— Дрались, — ответили все трое в один голос.
— Ребятишек защищали, — объяснил Лёня, — маленьких.
— Трудно мне будет вас всех принять, — сказал Иван Андреич, — посторонним в пионерском лагере быть не положено. Но, если вы Отряд Защитников Слабых… как же вам отказать? Ждите меня здесь.
Ребята уселись на зелёной скамейке и стали ждать. И каждый думал только об одном: примут? Не примут?
Может, и не приняли бы, если бы не Иван Андреич. Но он так убеждал начальника лагеря!
— Нельзя не помочь защитникам слабых. Какие же они будут защитники, если их самих бьют? И где же им набраться силы и уменья защищать других, если они сами слабые? А в школе у них сейчас физкультурника нет и никаких спортивных кружков нет!..
И так Иван Андреич горячо убеждал начальника, что начальник наконец согласился и разрешил принять их в спортивный кружок, в младшую группу. Ведь из всякого правила бывают исключения!
Ребята в кружке были хорошие. Они лишь немного были постарше, все из третьего, из четвёртого класса. А Лёня, Федя и Ванюшка тоже весной перешли в третий. Не велика разница.
Так и стали Лёня и его товарищи ходить на спортивные занятия в пионерский лагерь. Иван Андреич сам занимался с ними. Они бегали, плавали, скакали через верёвочку, подтягивались на брусьях, боролись с тенью…
И каждый раз, пока ребята занимались, Дружок лежал у ворот лагеря и ждал Лёню. |