...Опомнился он лишь когда споткнулся о рельс и, грохнувшись, по-нял, что лежит поперёк железнодорожного пути.Два проржавевших рель-са держались на редких трухлявых шпалах - рыжие от наполовину съев-шей их ржи. Они уходили вправо и влево - одна-единственная колея по-среди вплотную подступившего леса. 

   Грохнулся Олег крепенько. Вдобавок, перепачкался в ржавчине - было больно и противно, а когда он встал, то сделалось ещё и страшно. Пути, уходившие вправо и влево, навевали ужас звонкой тишиной, пови-сшей над ними. Олег шарахнулся через рельсы, прыгнул вниз с откоса,  оказавшегося на другой стороне, покатился, не устояв на ногах, вскочил и почти с облегчением вломился в заросли. Перевёл дух. 

   Он решил идти вдоль путей, не поднимаясь на насыпь. Железная дорога вела не совсем в нужном направлении, но всё-таки. Олег попра-вил ремень с кобурой, сорвал травинку, сунул её в зубы и зашагал ни-зом, поглядывая время от времени вверх. 

* * * 

   Первую свою ночь в лесу Олег запомнил навсегда. Так страшно ему не было даже когда в дом начали ломиться неизвестные. И дело было не в темноте - темнота так и не настала, над миром взошёл жу-ткий, разбухший диск, светили звёзды, ещё один спутник планеты - маленький и синий - быстро бежал над горизонтом на юге. Голову поднимать не хотелось - здешняя луна занимала едва ли не половину неба и давила почти физически. 

   Страх был растянут на всю темноту. С наступлением ночи лес за-жил своей - непонятной и жуткой! - жизнью. Ожили кусты, деревья и тра-ва. Словно лес был единым - и злым! - живым существом, окружившим мальчика со всех сторон. 

   Это был настоящий ДИКИЙ лес. И не было костра, не было пала-ток, не было рядом товарищей по походу. 

   Олег забрался на здоровенный дуб, как только начало темнеть. Ему повезло - на высоте примерно десяти метров сучья расходились ве-нцом, образуя усыпанную листвой и трухой площадку шириной метра в два, на которой можно было даже вытянуться в рост. Тем не менее и тут Олег уснул очень нескоро. Несколько раз ему казалось, что кто-то лезет на дерево. Один раз на соседнем сучке в самом деле появилась смутная тень большой кошки, похожей на рысь. Впрочем, если это и была она, то напасть не решилась и исчезла, бесшумно ступая по веткам. А Олегу это добавило беспокойства.Он уже не выпускал из руки револьвера, мучаясь от страха и голода, вслушиваясь в ночь и не смея поглядеть на небо, то-же казавшееся враждебным... 

   И всё-таки он уже почти начал засыпать, когда что-то разбудило его. Олег на этот раз сразу же понял - ЧТО. На четвереньках он броси-лся к краю площадки, встал в рост, придерживаясь за ветки. 

   Он видел такое в фильмах и хрониках - в сценах ночных боёв. Зву-ков совсем не было слышно из-за расстояния, но Олег хорошо видел ме-дленный и красивый полёт трассерных пунктиров. Они летели навстречу друг другу, перекрещивались, гасли, возникали вновь... Бой шёл именно в той стороне, куда вела железная дорога... и бой какой-то неактивный. Опыта у Олега не было, но определённые знания он имел и ему показа-лось, что бойцы немногочисленны и экономят патроны. 

   Продолжалось зрелище полминуты, не больше. Олег почти забыл про страх - он готов был слезть с дуба и рвануть туда... но бой шёл да-леко. Километрах в десяти, если Олег правильно помнил слышимость звуков и учёл ночные условия. 

   И всё-таки это, как ни странно, приободрило мальчика. Даже голод слегка отступил - и Олег уснул, зарывшись в листву... 

   ...Поднявшийся утром ветер едва не разбудил Олега - он шумел и гудел в густой кроне, раскачивая её.Но мальчишка только повозился, так и не открыл глаза - и продрых до полудня, не меньше! Во всяком случае, когда он проснулся, здешнее солнце стояло у него точно над головой.