И это было настолько неправильно, настолько чуждо человеческой природе, настолько по-звериному, что я четко понял — уйти отсюда не должен никто.

— Я вызываю каждого из вас и всех вместе на бой! Вас, нелюдей, недостойных дворянского звания!

Все мои недавние моральные терзания словно водой смыло. Вся эта грязь, бурлящая вокруг, вызывала лишь один порыв — навести генеральную уборку.

— И да начнется великая чистка!

На секунду мне показалось, что мой клинок сверкнул золотом, но мне резко стало не до этого.

Кто-то из дворян что-то кричал, кто-то требовал оставить меня ему, а самые неторопливые уже начали действовать.

Уууух!

Раскаленный шар огня оплавил песок буквально в шаге от меня, но я уже бежал прочь.

Наворачивал круги, делал зигзаги, закладывал петли и щедро посылал на трибуны Солнечные серпы.

Самые отбитые дворянчики спрыгивали на песок и с сумасшедшим блеском в глазах бежали ко мне.

Сами.

Чтобы замертво упасть после встречи с моим клинком.

Я же без устали работал мечом, временами жалея, что не успел призвать УГ и залезть в него.

Хотя, учитывая, сколько магии на меня обрушилось, правильно сделал.

Ведь даже не смотря на высокую мобильность, в меня то и дело прилетали Огненные стрелы, Ледяные шипы и Водяные хлысты.

Деревянный наруч раскалился до бела, но пока что защищал меня от магии дворян.

Да и сам я старался не попадаться под прямые удары.

Иногда удавалось прикрываться выскочившими на песок смельчаками, иногда позорно улепетывать.

Про Солнечные серпы я забыл уже на второй минуте — внутренних сил уже не хватало.

Несколько раз я пробовал было запрыгнуть на трибуны. Но каждый раз приходилось возвращаться на песок арены.

Допрыгнуть до края трехметровой стены я ещё мог, но надо было ещё подтянуться и залезть на сами трибуны.

Где меня уже ждали одурманенные кровью члены закрытого клуба.

К тому же, пока я болтался на стене, из меня получалась слишком уж удобная мишень.

А ещё я чуть было не умер.

Ксуров Ков’Альдо выпустил мне в спину какую-то неприятную волшбу, и я чудом ушёл в сторону, взамен поймав две Сосульки и опаливший мне брови Огненный шар.

Сработал ли это Второй шанс или мне просто повезло, но время на мгновение застыло, позволив мне ускользнуть от неминуемой гибели.

Боль, раздражение, накопившаяся усталость, злость — в эти моменты я мало чем отличался от собравшихся в амфитеатре отбросов.

Ков’Альдо я, кстати, отомстил.

Добежал до обломков, в которых он укрылся, отразил Кислотную стрелу, получил под лопатку Молнию с трибун, но жирдяя достал.

И если в первый раз, когда я отсекал ему кисть, я не чувствовал ничего, кроме необходимости сделать неприятное, но нужное дело, то отрубая оставшуюся кисть, я почувствовал удовлетворение.

По идее, надо было заколоть, как свинью, но тогда можно было забыть о его особняке. А бросать ребят в застенках Ков’Альдо я не собирался.

И так всё пошло не по плану, и вместо торга и убытия в особняк Саргона, получилась настоящая бойня. Великая, хе-хе, чистка.

Поэтому Ков’Альдо был нужен живым. На время.

Разобравшись с жирдяем, я вырвал арбалет из рук помощника Лар’Тарго — воину переломало ноги, и стоило мне занести над ним меч, как он принялся меня о пощаде.

Взамен, он поклялся рассказать о всех тайниках и незаконных делишках Лар’Тарго.

Сделка, на мой взгляд, выходила со всех сторон удачная, и я, забрав у него арбалет с болтами, снова выскочил на арену.

К сожалению, у воина оказалось всего семь болтов, которые мне удалось разменять на троих дворянчиков.

Разок я банально промазал, ещё два болта срикошетили о выставленный магический щит, а последний не нанес цели никакого вреда.