Это каким надо быть ублюдкам, чтобы позволять подчинённым тебе воинам творить такие непотребства?!

Эд, судя по эмоциям, целиком и полностью разделял мои мысли, но высказывать их вслух не торопился.

— Мало того, что троих воинов в том ауле потеряли, — поморщился Десен, — так ещё и травница оказалась сумасшедшей.

Он сплюнул на песок и снова посмотрел на меня.

— Признавайся, это вы её подговорили?

— Напасть на Кропа? — уточнил я. — Нет, конечно!

— Нет, — Десен поморщился, — спровоцировать его Кропа, чтобы он напал на Зуя.

— Вообще без понятия, что она ему шепнула, — абсолютно честно ответил я. — С любовными треугольниками всегда много проблем.

— Я тоже не знаю, — согласно кивнул Эд.

— Я вижу ситуацию следующим образом, — Десен прищурился и незаметно, как ему показалось, положил ладонь на рукоять своего клинка. — С твоим появлением, форточник, начали происходить удивительные события.

Работорговец покосился на подобравшегося Тирума, демонстративно поправил висящий на шее амулет и продолжил.

— Сначала Тирум ни с того, ни с сего начинает выделять тебя среди рабов, потом Гориц падает с верблюда прямо виском на камень. Виском. На камень. В пустыне.

Десен говорил медленно, словно забивая гвозди в крышку моего гроба.

— Затем ссора с Кропом. Думаешь, я не заметил, как ты повредил ему локоть и колено? А потом эта сумасшедшая. А ведь за неё я могу выручить тридцать золотых!

Кто о чем, а торгаш о монетках…

— Так вот, — Десен опасно прищурился. — Ты ничего не хочешь мне сказать?

— Хочу, — я кивнул и отступил на шаг назад.

Лично мне было очевидно, что дольше ломать комедию не выйдет.

Десен, несмотря на свою патологическую жадность, оказался достаточно умным, чтобы раскусить меня и мой план.

Было бы, конечно, здорово, провести ещё пару дней в пути и добраться поближе к Городу, но… придется работать с тем, что есть.

Да и текущий расклад неплох, правда зря я старался калечить Кропа… Надо было Звене прыгать на Зуя…

Впрочем, пришел черёд вскрыть карты и посмотреть, сыграет ли моя ставка на Тирума.

— Изначально под твоим командованием было три воина и один маг, — мои слова предназначались Тируму, а не Десену. — Но сейчас остался лишь один воин. Причем, уставший и деморализованный.

Я кивнул на Зуя, который до сих пор что-то шептал себе под нос, сидя у изголовья своего убитого товарища.

— Ну а амулет, снятый с мага, как, кстати, правильно — Гориц или Горица? Я так и не понял, — я широко улыбнулся. — Так вот, снятые с него амулеты работать на тебе не будут. Уж я-то знаю.

Главное, чтобы Тирум всё же решился!

— Я позволил иметь тебе меч! — воскликнул Десен, перебивая меня и медленно отходя от Тирума подальше. — С условием защиты меня от любой опасности и тварей пустыни!

— Было дело, — кивнул я. — Но меча у меня нет, и вряд ли я окажу серьезное сопротивление кому бы то ни было.

— На!

Тускло сверкнул меч, брошенный к моим ногам, который Десен вынул из Пространственного кармана и швырнул мне.

— Защищай меня! — в голосе работорговца мелькнули нотки страха. — Зуй, ко мне!

Моя рука сама собой потянулась к мечу, но вместо того, чтобы взять клинок, я посмотрел на Тирума.

— У тебя минута, — проскрипел я, чувствуя, как боль начинает скручивать мое тело, — дольше не продержусь.