Он яростно врубался в Зуя, держась за меч обеими руками, а Зуй непонимающе пятился, технично отводя меч Кропа в сторону или уходя от ударов.

По моему мнению, Зуй уже несколько раз мог уколоть Кропа, но не хотел ранить своего товарища.

В общем, в поединке не было ничего интересного.

Кроп разъяренным петухом наскакивал на Зуя, а второй ушёл в глухую оборону и ждал, пока его товарищ выдохнется.

Поэтому, вместо того, чтобы смотреть за тем, как встречающиеся мечи высекают искры, я наблюдал за Десеном и Тирумом.

Первый излучал недовольство, второй — презрение.

И если работорговец больше думал об убытках, то Тирум… присматривался.

Я не знал всё его историю, но даже сейчас было очевидно, что он сейчас он мечется между двумя идеями.

Месть или… свой отряд.

И пока что Тирум больше хотел отомстить, чем стать главой своего собственного отряда.

Вот только на нашей стоянке была ещё одна эмоция.

Яркая, обжигающая ненависть.

И излучала её Звена.

Даже если бы я не умел чувствовать эмоций, я бы все равно обратил внимание на пристальный взгляд, которым женщина сверила затылок Кропа.

А ещё…

— Мне кажется, или у неё в руке нож? — пробормотал я, вглядываясь в свисающий рукав балахона.

— Не кажется, — подтвердил Сёма. — сняла с Кропа, когда что-то шептала ему на ухо.

Эд же, ни слова не говоря, бросился к женщине.

— Не успеет, — покачал головой Сёма. — А если и успеет, не послушает она его.

— Думаешь она…

— Ну да, — Сёма равнодушно кивнул. — Бросится сзади с ножом, если повезет, даже убьет Кропа.

— Так не пойдет, — я покачал головой и шагнул в сторону Звены, около которой выплясывал Эд. — Мне ещё смерти женщин только не хватало.

— Не мешай ей, Михаил, — что-то в голосе Сёмы заставило меня замереть на месте. — У каждого уникальный путь, и Звена нашла свой.

— Самоубиться о вооруженного клинком здоровяка?

— Сделать хоть что-то, — Сёма вздохнул. — Уйти достойно. Не лишай её этого шанса.

— Но… — я посмотрел на женщину.

— Её трижды вытаскивали из петли, — напомнил мне Сёма. — То, что её Кроп с Зуем пользуют — ерунда на фоне того, что произошло с её семьей. Я бы после такого точно жить не захотел. И если бы мне увидел хоть малейшую возможность расквитаться…

Парень не закончил, но в этом не было необходимости.

Да, часть меня рвалась помочь, но глубоко внутри я понял, что Сёма прав. Смущало только одно — что именно я выступил эдаким катализатором.

Получается…

Додумать мысль я не успел.

Словно в замедленной съемке, Звена отшвырнула Эда в сторону, отмахнулась ножом от бросившегося к ней наперерез Ханура и в два прыжка добралась до спины Кропа.

Я и подумать не мог, что в этой сломленной женщине таится такая огромная сила.

Но не только мы заметили бросок Звены. Десен потянулся к амулету, а Тирум схавтился за рукоять кнута.

Вот только нож сверкнул чуть раньше, чем послышался звук расправляемого хлыста.

Хэч! — нож вошел в шею Кропа по самую рукоять.

— Аргхххх! — взревел воин и зашатался, словно пьяный.

Вжик!

От удара хлыстом женщина вскрикнула и отшатнулась в сторону, выронив нож на песок.

— Вот дрянь! — с удивлением протянул Десен, а Тирум, оскалившись, занес кнут для повторного удара.

— Хыыыы!

Кроп, выронивший из ослабевших рук меч, потрогал ушедший по самую рукоять нож и попытался вынуть его из своей шеи.