Получилось не с первого раза, Юти постоянно сбивалась с одного на другое. Но в конечном итоге образ человека все же стал вырисовываться, пока не сформировался в… Ерикана. Одаренная даже испуганно закрыла рот рукой, а «учитель» повторил ее жест.

— Когда ты перестаешь контролировать созданный образ, он начинает все повторять за тобой, — объяснил Фальг.

— Не могу поверить, что это сделала я.

— Неправда, — улыбнулся Фальг. — Если бы подобное действительно было так, то форма заклинания тут же развеялась.

Одаренная поиграла желваками, рассматривая наставника. Самого настоящего, если не знать, кто он такой. Неожиданно Ерикан икнул и стал прыгать на одной ноге, поглаживая себя по животу. А когда Юти громко рассмеялась, совсем как крохотный ребенок, которым часто веселилась на улицах Райдара, наставник исчез.

— Очень хорошо для одного кольца. Если бы ты хотела двигаться по этому направлению, то могла бы достичь многого. Сейчас твои создания чуть больше, чем иллюзии. Они могут совершить простое действие, но сотворенный воин не станет драться.

— Как дракон не будет испепелять, так?

— Ты не права, — с легкой улыбкой ответил Фальг. — Эту проблему я решил очень давно. Просто понимал, что если мое создание наделить подобной силой…

— То человеческие жертвы будут точно, — кивнула Юти.

— Да. Как я и говорил, для одного кольца у тебя все довольно неплохо. Я знаю, что ты не станешь развивать эту способность до моего уровня. Твой путь другой. Но давай хотя бы потренируемся в том, что ты можешь. Едва ли ты встретишь учителя в созидании лучше меня.

Юти не знала, сколько прошло времени. Просто в какой-то момент света за окном стало меньше, Рихан Рыба, медленно шаркая, принес им лучины, а воины покрепче — сухих сучьев для очага. Но усталости или сонливости не было. Лишь жажда знаний и возможности подольше находиться возле пылающего рядом солнца.

А потом светило потухло. Юти не могла понять, что именно произошло, пока Фальг не оторвался от нее и не подошел к двери. Лишь у порога он остановился, сказав короткое: «Пора».

Хмурое утро встретило Одаренную моросящим дождем и сильными порывами ветра. Но вместе с тем, несмотря на непогоду, на той самой площадке среди скал собрался уже весь Вальтаг, включая наиболее несчастного из сиел, Рихана Рыбу. На старике и вовсе не было лица, но вместе с тем он не сводил с сына пристального взгляда.

Фальг медленно подошел к отцу и поцеловал ему руки, что считалось для северян излишним проявлением чувств. Но величайшему создателю среди сиел уже было все равно. К тому же, не справился с эмоциями и сам Рихан Рыба. Слезы брызнули из его глаз и проворно потекли по сухому лицу, изредка застревая в складках морщин. А Фальг медленно вышел на середину площадки и поманил к себе Юти.

На краткий миг Одаренной захотелось закричать, бросить прочь меч уже не раз вкусивший крови. Именно сейчас убийство очередного Одаренного представлялось Юти наиболее несправедливым. Фальг как никто другой тонко чувствовал этот мир и понимал его, не подстраивая под себя.

Юноша посмотрел на нее и в этом взгляде дева прочитала ответы на терзавшие ее вопросы. Они были сейчас близки, как прожившие вместе всю жизнь люди. Юти понимала, как живет Фальг и что им движет, а юноша видел в Одаренной отголосок себя. И дева кивнула. Нельзя увезти человека от него самого. И Рихан Рыба был прав. Всю свою жизнь величайший из сиел построил так, чтобы теперь оказаться здесь. Он сам себя убил и потому дева, как часть отображаемой души юноши, должна привести приговор в исполнение.

— Как мне…

Одаренная не знала, как задать вопрос правильно, но Фальг все понял без лишних слов.

— Проткни мое сердце так, чтобы я умер сразу.