Дилан кивнул:

— Все. — Он глубоко вздохнул. — История, политика, наука, литература, религия, философия, география, монархия, классическая музыка, поп-музыка, развлечения, архитектура, балет, искусство и спорт.

— Исчерпывающе.

— Ты довольна сценарием?

Я быстро просмотрела его.

— Выглядит неплохо.

— Лора, машина пришла! — услышала я иерихонский голос Нэрис. Я взяла сумку.

— Ты со мной, Дилан?

Он схватил кожаную куртку и шлем.

— Нет, увидимся там — я на мотоцикле.

— Будь осторожен на этом своем мотоцикле! — крикнула Нэрис ему вдогонку, когда он выходил. — Непременно будь осторожен!

— Да, Нэрис. Как и всегда.

Когда я проходила мимо стола Нэрис, она протянула мне большой конверт:

— Это список конкурсантов. Сара утром, прежде чем отправиться в студию, попросила меня передать тебе.

— Спасибо. Загляну по пути.

— Удачи, Лора. — Она посмотрела на меня оценивающе. — Нет, твой тип точно «лето». А этот цвет не гармонирует с цветом твоей кожи. До-оброе утро. «Трайдент ти-и-ви-и»…

Студия, которую мы используем, располагается в Актоне, так что путь от Ноттинг-Хилла не занимает много времени. Но в этот день из-за непогоды движение было медленным — снег превратился в проливной дождь. В Уайт-Сити мы стояли минут десять, потому что кого-то, как назло, угораздило сломаться, потом нарвались на дорожные работы, а водитель принялся разглагольствовать о Кене Ливингстоне и о том, что он хотел бы с ним сделать, — только тогда я вспомнила о списке. Я не встречаюсь с участниками заранее — их прослушивает Сара, — но сегодня получила краткую биографию каждого из них. Я как раз собиралась открыть конверт и прочитать четыре имени, краткое жизнеописание их владельцев, об их достижениях, хобби и прочем, когда зазвонил мой мобильный. Я порылась в сумке.

— Лора! — Это была моя старшая сестра Фелисити. Она любит поговорить — и, к сожалению, на единственную тему. Я успокоила себя. — Угадай, что Оливия обнаружила сегодня утром? — Она так и затаила дыхание в предвкушении.

— Дай подумать, — ответила я, выглядывая в окно. — Лекарство от рака? Жизнь на Марсе? Квадратный корень гипотенузы?

Последовало насмешливое фырканье. Неудовлетворенный смех. «Не будь дурой, Лора. Не то».

— Ну что она там обнаружила? Расскажи мне.

— О, это так очаровательно — ступни!

— В самом деле? — сказала я, когда мы подъехали к пешеходному переходу. — Где?

— На конце своих ножек, естественно!

— А разве не там они обычно находятся?

— Да, но дети-то об этом не знают, правильно? Они вдруг обнаруживают их примерно в шесть месяцев и так завороженно смотрят! Я просто хотела поделиться с тобой. — Я подавила зевок. — Понимаешь, сегодня утром, когда я ее пеленала, она булькала и улыбалась мне в своей восхитительной манере — просто смотрела на меня и улыбалась. Правдаты-моякуколкасладкаядеточка? — засюсюкала она, словно наглотавшись гелия. — А потом вдруг посмотрела на ступни таким очень сосредоточенным взглядом, схватила их и начала с ними играть. Это было так умильно… просто перебирала пальчики на ножках… Ты меня слушаешь, Лора?

— Да… да, слушаю.

— Ну разве не очаровательно? — Я подумала о микроскопическом пятнышке, о том, как клетка разделяется и умножается вдвое.