— Смельчак…

Я пнул его в колено, взвыл от боли — и услышал, как он хрипло смеётся.

— А щенок-то с зубами…

— Артар!

Это имя не произнесли — пролаяли.

За спиной вульфара появился второй. Вот только он был ещё выше, с белоснежным мехом, в более «дорогих» одеждах — и оба глаза на месте.

— Отпусти человека.

Держащий меня волчара снова оскалился. Он пристально посмотрел мне в глаза пару секунд — и всё же убрал лапу с моего плеча.

Белый вульфар подошёл к нам, и грозно посмотрел на своего собрата.

— Прилив через седмицу… Хм-м… А ты уже теряешь контроль?..

— Диета не идёт нам на пользу, Нералон, — прохрипел серый, — А этот мальчишка пришёл сам… Знал же, что перед Приливом мы… Становимся опасны. Есть постановление… Города! Да ты посмотри на него! Бродяга! Кто его хватится?

Я молча (и со страхом) наблюдал за их разговором, не в силах даже шевельнуться. Да и куда я бы убежал, хромой и косой?..

Белый вульфар зарычал, и надвинулся на своего соплеменника.

— Ты забываешься! Мы не звери, Артар! И обещали помогать!

— За плату! А с этого что взять?

— Не всё меряется деньгами. Иди в келью, и помолись, брат. Успокой душу.

Я видел, что серый вульфар хотел возразить — но под тяжёлым взглядом белого уступил. Бросив на меня последний взгляд, он развернулся, и затопал в сторону входа в какой-то погреб справа от церкви.

— Зачем ты пришёл? — обратился ко мне белый вульфар, которого назвали Нералоном.

— Я… Мне сказали, вы можете помочь.

Я неловко выставил вперёд руку, а затем указал себе на лицо и рёбра.

— Хм-м-м… Потрёпан ты знатно. Словно под лавину угодил… Могу понять, почему ты пришёл сейчас, — Вульфар говорил странно. Отрывками, дробя предложения, старательно заглушая согласные и смягчая их — но рык так и прорывался из его горла, — Но это было глупо… Мы не причиняем вреда людям. Обычно… Но в такое время, хм-м-м… Мои братья и сёстры могут… Не сдержаться. Ты сам видел. Поэтому за несколько дней до Прилива мы запираемся в кельях…

— До чего?

Вульфар пристально посмотрел на меня.

— Голова болит? Кружится?

— Да.

— Потеря памяти?

— Да… Я мало что… Помню. О себе — ничего.

Снова пристальный взгляд жёлтых глаз — на этот раз меня разглядывали с куда большим интересом.

— Хм-м-м… Мой народ… — он осёкся, и я ощутил боль в его голосе, — Моя община помогает людям. Но не просто так. У нас договор с городом.

— У меня… Нет денег. Мне нечем платить.

— Хм-м-м… Оплата — это не только деньги, юный человек. Это может быть услуга. А от такого как ты она будет цениться соизмеримо такому непростому… Лечению.

Сказанные Нералоном слова заставили меня насторожиться.

— Что значит «от такого как я»?

— Ты не отсюда. Не из Артанума. Как и мы. А значит — у тебя есть воля.

Эти слова ничего не прояснили.

— Что такое Артанум?

— Город. Герцогство. Земля вокруг.

— А что…

— Ты пришёл за лечением, — перебил меня белый вульфар, — Вопросы… Стоят дороже. Что тебе важнее?

— Здоровье, — тут же ответил я.

Хрен с ней, с географией… Хоть название города узнал.