|
Драконочка с удовольствием отметила, какой надёжной защитой оказалась пентаграмма. Руны она загодя прикрыла от снега рогожей, и несмотря на то, что это была магия всего лишь третьего Круга, заклятие держалось уже вторую неделю.
«Галеей говорил, уровень магии имеет гораздо меньшее значение, чем сила самого мага» – размышляла Тия. – «Значит, мои способности продолжают расти. Это хорошо.»
Утром шестого дня кусты затрещали, и на полянку стремительно вьехал красивый белый жеребец в простой крестьянской сбруе. Его всадник, седой богатырь громадного роста, растеряно огляделся.
– Никого?..
– Р-р-р-р-р – негромко отозвалась Тиамат. Человек вздрогнул и принялся озираться.
– Вот ведь незадача… – Борг почесал в затылке. – Опять чары… Если ты тут, драконша, дай знать! Не вижу я тебя!
Тия молча подошла к своим рунам и ногой стёрла все три. От неожиданности человек дёрнулся, жеребец захрапел и попятился. Оба уставились на драконочку.
– Сильно… – пробормотал богатырь.
– Нашёл Мету? – без долгих разговоров спросила Тия. Борг, несколько ошарашенный её появлением из воздуха, с трудом покачал головой.
– Я всех спрашивал по пути. Объехал половину земель Готлиба, попросил друзей расспросить стражников и сборщиков податей, даже отыскал в лесу шайку разбойников и спросил их тоже…
– Никто не видел Мету или видели, но не знают, где она сейчас?
– Никто даже не слышал, чтобы из Штагфурта в земли Готлиба проезжали купцы, – глухо ответил Борг. Тия нахмурилась.
– Значит, Штосс обманул меня!
– Выходит, так. Драконочка решительно дёрнула хвостом.
– Вечером я доставлю мага сюда, – Тия сверкнула глазами. – В твоих руках он скорее заговорит. Борг вздохнул.
– Что может воин против чародея?
– Многое, – Тия покачала головой. – Борг, мы – маги – такие же живые существа, как и все остальные. Магия не более удивительная наука, чем то же кузнечное дело, к примеру.
– Как же, – тяжело сказал Борг. – Знаю я этих… магов, – добавил он с запинкой, бросив взгляд на драконочку. Та промолчала.
До вечера воин поведал своей спутнице историю поисков. Борг объездил половину деревень барона Дауге, побывал в городке Штирн, где жил сам барон
– тщетно. О белокурой альбиноске-рабыне никто не слышал.
– Как она сейчас без меня-то… – воин смотрел в землю. – Ох, боюсь я, драконша, боюсь! Не пропала бы совсем!
– Залечить можно почти любые раны, – драконочка глядела в костёр. – Даже некоторые душевные…
Вечером Тия бесшумно вылетела в направлении Штагфурта. Поджидать мага пришлось недолго; после смерти Уорреса, Штосс занялся более приземлённым делом, а именно – сбором податей. Драконочка обездвижила двоих охранников и опустилась на снег перед изумлённым волшебником.
– Ты?! – Штосс попятился.
– Есть одно, что я никогда не прощаю, – глухо сказала Тия. – Когда мне лгут в лицо.
Маг попытался атаковать, хотя сам не верил в успех. В этот раз Тиамат не церемонилась; она сразу перешла на пятый Круг и подавила жалкую магию Штосса одним сокрушительным ударом. Весь бой длился всего секунду.
– Ты не стоишь даже сил, которые я затрачу на твоё уничтожение! – гневно бросила драконочка. – Отныне твоя никчёмная жизнь принадлежит моему спутнику. Вставай! Иди вперёд!
Маг молча подчинился; мощь магии Тиамат произвела на него большое впечатление. |