— Нет! Я не хочу находиться с ним рядом! — Видимо, эта мысль пришла в голову и самой Марле.

Доун растерянно моргнула. Почему на Марлу не действует гипноз? Но потом она вспомнила слова Кико — Голос может войти в сознание, только если ему откроют некую дверцу.

Сознание Марлы было закрыто наглухо, и Иона не имел над ней никакой власти.

Неужели и с Робби будет то же самое? Хреновы тогда их дела.

Оставив рыдающую от ужаса клиентку, Брейзи встала рядом с Доун.

— Думаешь, Робби примет то обличье, о котором ты говорила? — спросила она. — Ангел смерти… Тогда справиться с ним будет труднее.

— Ага. Если он к тому же будет здесь, с нами…

— Черт, Стражи могут появиться в любой момент. И потом… — Брейзи показала на окно. — Через стекло Робби не услышит голос босса.

Заговорил Голос:

— Раз Марла отказывается его впускать, придется попробовать вам. Стражи уже близко.

Значит, это действительно произойдет — они действительно пригласят монстра зайти на огонек.

И что босс имеет в виду под словом «попробовать»? Разве это так сложно — впустить вампира в дом?

Робби постучал в окно, и нервы Доун натянулись до предела.

Тук-тук-тук.

Ни с того ни с сего, вампир дернулся, а потом начал извиваться, словно пытался высвободиться из чьих-то рук. Что-то с шумом врезалось в стену дома, прозвучал пронзительный вопль, и — тишина.

— Друзья Ионы? — спросила Доун, чувствуя, как колотится сердце.

Голос промолчал. Брейзи кивнула и покосилась на коллегу. В ее взгляде читалось нечто вроде — «если не ошибаюсь, ты с ними уже знакома».

Ну надо же… Портреты из коллекции Лимпета. Получается, что в них обитают духи? Которые то покидают холсты по поручению своего — э-э-э — друга, то возвращаются?

— Долго они не продержатся. — заметила Брейзи. — Его сопротивление слишком велико, а их силы ограничены.

Углубиться в эту тему они не успели: Марла Пеннибейкер беспокойно завозилась под курткой.

— Что он делает? — спросила она.

Доун подошла к окну и осторожно выглянула. Слабое шевеление листвы во тьме, лунный свет над верхушками деревьев… Затишье перед бурей.

— Исчез… — Она потянулась задернуть шторы, но ничего похожего на занавеску на окне не обнаружилось. Чертов минимализм.

— Когда Робби снова появится, — сказала Брейзи, — нужно сделать так, чтобы он попал в дом. Босс начнет его обрабатывать, а мы прикроем его от Стражей.

— Нет! — Марла мелко дрожала под курткой. — Не смейте его впускать! Отомстить — вот все, что он хочет. Он — гадкий, злопамятный дух. Он знает, что мне известно…

Доун стиснула револьвер.

— Что вы несете?

В ответ Марла глухо прошептала:

— Робби… я… бросила его на отца. — Ее спина, прижатая к стене, скользнула ниже. — А когда я узнала про «встречи» и гулянки, было уже поздно. Прошлого не вернешь… Боже, спаси и помилуй…

Доун тупо пыталась осмыслить услышанное. Эта женщина — вовсе не невинная жертва? Не обманутая сторона?

Хотя… Черт, за всеми этими вампирскими приключениями она чуть было не забыла одну старую истину: безгрешных людей не бывает.

В рыданиях Марлы сквозила горечь вины, но ее больная совесть занимала сейчас Доун меньше всего.

«Что, Иона, все слышал? — думала она. — Понял теперь, кому ты взялся помогать? Почему ты выбрал именно ее?»

— Я не знала, что и делать, — продолжала женщина, — поэтому просто закрывала на все глаза.