— Круто. — Доун тоже встала в позицию. Раненой ноге это не понравилось.

— И кто она, твоя новая подруга? — Кико направил кончик несуществующей сабли на старлетку и заметил с упреком: — Ну, ты и невежа, Доун. Натянула на нее куртку, как будто она не живой человек, а какой-нибудь манекен.

— Да неужели?

— С каждой минутой я все больше понимаю, что ты — человек замкнутый и необщительный.

— Замкнутый или разборчивый? — засмеялась Доун.

Она вернулась в позицию и начала упражнения в выпадах. Тренировка шагов сама по себе заставит вспотеть любого. И это без маски, в которой чувствуешь себя как в сауне.

Кико подошел и встал перед ней, подбоченившись.

— Господи, да ты на нее даже не взглянула толком. И это в ответ на невинное предложение поболтать.

Доун устало выпрямилась.

— Кико, она всего лишь старлетка. Они приходят и уходят. Зачем терять на них время?

Еще не успев договорить, Доун поняла, что перегнула палку. Но придумывать себе оправдания гораздо проще, чем смотреть правде в глаза. А горькая правда заключалась в том, что ее мать была одной из таких вот красоток, которые делали жизнь среднестатистической женщины невыносимой, создавая недостижимый стандарт. Лучше их игнорировать, и вообще держаться от них подальше.

— Старлетки тоже люди, — возразил Кико.

— Думаешь? — Она сделала выпад. Сердце забилось чаще, дыхание стало прерывистым. — С Брейзи ведь я нашла общий язык, — выговорила Доун, задыхаясь.

— Когда вы с ней общаетесь, мне неизменно кажется, что кто-то водит гвоздем по стеклу. И почему, спрашивается? Со мной ты просто душка — хотя я, конечно, неотразим — и с боссом у тебя тоже нормальные отношения…

Доун невольно покраснела.

— Может, я просто привыкла иметь дело с мужчинами. Это тебе не приходило в голову?

— Придумай что-нибудь поубедительней.

Доун подняла руки, и он замолчал. Углубляться в обсуждение собственного душевного устройства ей совсем не хотелось.

Кико быстро взглянул на старлетку и нетерпеливо махнул рукой.

— Жаль. Красотка, каких поискать. Могла бы нас познакомить, но что поделаешь… Значит, я так и не познакомлюсь со своей будущей женой.

О тренировке пришлось забыть: на Доун напал приступ нервного смеха. Она так обрадовалась тому, что Кико перестал читать ей нотации, что не могла остановиться. Когда Кико спросил, чем он ее рассмешил, она невольно покосилась в сторону рыжеволосой девицы. Почему бы и нет? Рассмотреть ее как следует, и оценить по шкале для королев красоты — от одного до десяти — она не потрудилась, а теперь ей представилась возможность исправить это упущение.

Но Доун опоздала: старлетка как раз опускала козырек маски. Девушка мгновение стояла неподвижно, устремив взгляд на Доун, а потом отвернулась и пожала руку Дипаку.

«Растает, как мороженое», — подумала Доун. Может, подойти и объяснить ей, что маску без особой нужды не надевают? Глядишь, и Кико тогда от нее отстанет…

Но тут из кармана Кико послышалась трель. Он расстегнул змейку, вытащил телефон и глянул на высветившийся номер.

— Брейзи, — сообщил он, разом превратившись в Кико Деловитого.

Доун тут же забыла о своей пустяковой дилемме и прислушалась к одностороннему разговору.

— Уже едем. — Он нажал на кнопку отбоя и двинулся в сторону раздевалки. Доун потянулась за ним.

— Что-то стряслось? — спросила она. В душе зашевелились мрачные предчувствия.

— Нужно съездить поговорить с Кларой Монаган — коллегой Робби по последнему фильму.