Сердце Доун забилось чаще.

— А почему это так важно?

Кико поднял к ней побледневшее лицо.

— Клара утверждает, что мистер Пеннибейкер — сутенер.

Глава 11 Свидетель

Клару Монаган они нашли на съемках телешоу «Безумная пятерка» в Санта-Монике, на пирсе, застроенном аттракционами. Актриса сидела перед зеркалом в гримерном вагончике, подчиняясь искусным пальцам гримера, который превращал ее в проститутку.

— Роль, конечно, крошечная, — сказала Клара, словно оправдываясь, — но все лучше, чем ничего.

На ее лице не было ни единой морщинки, зато руки сразу выдавали ее истинный возраст — ближе к пятидесяти, чем к сорока, хотя сама она ни за что бы в этом не призналась. Крашеные рыжеватые волосы были взбиты до состояния сахарной ваты и уложены в некое подобие муравейника.

Верная своей роли «хорошего полицейского», Брейзи не отходила от стула актрисы. Доун и Кико устроились в сторонке, чтобы не мешать: тесный вагончик был битком набит всевозможным реквизитом, включая широкий выбор париков, и гример то и дело раздраженно косился на посетителей.

Наконец преображение завершилось. Осветители на съемочной площадке занимались подготовкой следующей сцены, и Клара повела своих гостей за вагончик — видимо, боялась, что кто-нибудь подслушает ее рассказ о щекотливых подробностях жизни Пеннибейкеров.

У пирса сверкали и переливались волны, приветствуя наступающие сумерки.

Клара подняла руки над головой и потянулась, разминая стареющее тело — предмет неустанных забот.

— Надеюсь, вы не против, если я сделаю пару упражнений, пока мы с вами беседуем?

— Нет, что вы, — заверила ее Брейзи, у которой из-под куртки выглядывал очередной мультяшный медведь, на этот раз — Тедди с бейсбольной битой. — Нам очень хотелось бы услышать историю, о которой мы говорили по телефону. Кто знает, вдруг это поможет нам лучше понять, что происходило в жизни Робби.

— Дай бог. — Клара покрутила головой. — Я увидела в новостях репортаж о Робби, и сразу же вспомнила… Ох, неприятные воспоминания. У меня и раньше были определенные сомнения, но после смерти мальчика думать об этом было как-то неприлично. Да и зачем? Долгие годы я хранила молчание. А пару недель назад увидела по телевизору интервью с его бедняжкой матерью и поняла, что Робби жив — по крайней мере для нее. Она выглядела такой несчастной, так хотела узнать, что же с ним стряслось. Ну, я и позвонила ей — с телефона подружки, которая живет в другом городе, — принести свои соболезнования и как-то поддержать, я же все-таки бывшая коллега ее сына. Понимаете? Но я не хотела рассказывать ей… всю правду. На это меня не хватило бы. К счастью, тут позвонили вы.

Пока Кико — «плохой полицейский» — сверлил актрису суровым взглядом, Доун озиралась по сторонам. Солнце приближалось к горизонту, и девушка чувствовала себя не слишком уютно. В голову лезли мысли о вчерашних вампирах, рука то и дело тянулась к спрятанному под футболкой крестику. Вдруг они появятся, как стемнеет?

Брейзи лучилась доброжелательностью.

— Вы обратились к нам по совету миссис Пеннибейкер. Мы проверяем все недавние контакты, но вас пришлось искать довольно долго.

— Мой мобильный телефон отключили, и потом я уезжала в другой штат. Но теперь я разобралась-таки с долгами. — Клара приступила к упражнению по развитию дикции — открыла рот и начала растягивать губы, словно пыталась прожевать гигантскую ириску. — Возможно, то, о чем я собираюсь рассказать, не принесет вам никакой пользы, но по крайней мере я смогу наконец выговориться.

Мимо прошел рабочий с декорациями — огромными мягкими игрушками.