Марианна продолжала размещать цветы в вазе, не поднимая головы и никак не реагируя. Проклятие!

– Понимаешь, я был влюблен в другую женщину многие годы и только недавно осознал это. – Внезапно отрепетированная речь вылетела у него из головы, и слова сами по себе полились стремительным потоком, тогда как она продолжала поправлять лилии. – Разве ты не понимаешь, Марианна? Это ты, это всегда была ты. Даже при жизни Дэвида. Я не могу с уверенностью сказать, когда именно это случилось, но, вероятно, я влюбился в тебя с первой встречи. И конечно, скрывал это. Я не мог предать дружбу с Дэвидом и потому прятал мои чувства к тебе так глубоко и так долго, что почти забыл о них, и убедил себя, что ты для меня только близкий друг и не более. После смерти Дэвида я продолжал хранить мою любовь к тебе в тайне даже от самого себя. Только когда я связал себя помолвкой с Клариссой, а ты решила найти себе любовника, эти давно похороненные чувства снова ожили. Я понял, что совершил большую ошибку, решив жениться на другой женщине. Но теперь, когда помолвка расторгнута, я больше не хочу скрывать свою любовь. Я хочу, чтобы ты знала о моих чувствах. Я люблю тебя. Я не смогу жить без тебя, Марианна. Ты – самое главное в моей жизни, и я был дураком, не сознавая этого. Я многие годы под разными предлогами скрывал свою любовь, боясь отказа с твоей стороны, чувствуя себя виноватым в предательстве памяти о Дэвиде и считая себя недостойным твоей любви. Теперь же главное то, что я люблю тебя больше жизни и хочу быть с тобой до конца дней своих, если ты примешь меня.

Адам прервал поток слов, чтобы перевести дыхание. Марианна по-прежнему не отрывалась от цветов. Она достала один стебель из букета и переместила его на другую сторону, потом вытащила другой, ища для него новое место. При этом она не произнесла ни слова.

– Марианна!

Ответа не последовало.

– Марианна?

Она подняла голову и глуповато хихикнула.

– О, дорогой. Кажется, ты что-то говорил? Прости, я отвлеклась.

– Отвлеклась?

Марианна снова окинула букет критическим взглядом, потом одобрительно кивнула и поставила вазу на небольшой столик у окна.

– Возможно, ты сочтешь меня самым невежливым созданием на земле, – сказала она, натягивая перчатки, – но, боюсь, я не слышала ни одного твоего слова. Я сегодня ужасно рассеянная.

– Я просил тебя выйти за меня замуж, черт побери! – расстроено выпалил Адам.

Марианна приподняла голову и снисходительно улыбнулась ему:

– В самом деле? Как мило с твоей стороны, Адам. Должно быть, ты очень огорчен тем, что твоя помолвка аннулирована. Я польщена твоим предложением занять место Клариссы. Но, откровенно говоря, даже если бы я была заинтересована в замужестве, я не могу сейчас ни за кого выйти замуж, поскольку слишком занята установлением личности мужчины, забравшегося в мою постель в Оссинге.

– Но, Марианна…

– Видишь ли, он доставил мне такое невероятное наслаждение, что я должна непременно найти его и дать понять, что хотела бы быть его любовницей.

– Но, Марианна…

– Понимаешь, я не перестаю думать о нем. Он просто фантастический любовник.

– Но, Марианна…

– Только между нами – я почти уверена, что это был сэр Невилл Кеньон. Надеюсь, сегодня мне удастся убедить его признаться в этом. Вот почему я так спешу.

– Но, Марианна…

– Надеюсь, ты простишь меня, мой друг, но я не хочу заставлять его ждать ни минуты.

Она стремительно направилась к двери и вышла из гостиной, прежде чем Адам успел что-либо сказать.

– Я знаю, ты умеешь представить себя в выгодном свете, – донесся голос Марианны, когда она спускалась по лестнице.