Какое-то время ничего не происходило, а затем я почувствовал, что вибрация палубы под ногами усилилась. "Тускалуза" набирала ход! Отлично! Если не взлетим на воздух, то через три-четыре часа погони мы сумеем достать этого нациста, а там - там достаточно одного-двух попаданий, чтобы он хоть на время снизил ход, хотя бы на четверть часа. После чего его песня будет спета! Артиллеристы "Тускалузы" превзойдут самих себя, чтобы достать этого ублюдка!

Время от времени, я отдавал приказания дать залп главным калибром, одной из башен. Снаряды ложились с недолетом, но этот недолет становился все меньше. Всех нас охватывал азарт. Да, пока нацистские корабли для нас недосягаемы. Но! Все видят, что погоня идет успешно - механики делают все невозможное, чтобы сократить дистанцию и дать работу комендорам - и скоро черед пушек! У нас все получится! С такими экипажами не может не получится! Недолет уже около двух кабельтовых! Пускай дразнятся эти наци!

А они действительно дразнились - нацистское соединение выбралось из зоны низкой облачности на "чистое" море. И сейчас немецкие корабли посверкивали вдали, как недосягаемые бриллианты в ювелирном магазине за пуленепробиваемой витриной. Пока недосягаемые. Еще час или два погони и мы их сможем зацепить! И видимо нет никакого "Шеера" поблизости!

- Сэр! На экране радара на кормовых углах групповая воздушная цель! Высота четыре тысячи ярдов. Около восьмидесяти-ста самолетов. Дальность около тридцати миль!

Я поперхнулся. Это нечестно! Я почти победил! Еще бы пару часов… Что делать теперь? Повернуть обратно? Ведь я иду к этой зоне с чистым морем и чистым небом - там для этих орлов Геринга будет сущее раздолье, а здесь среди низкой облачности… Но если у немцев имеются радары на самолетах? Тогда я только сам создам себе трудности! Они будут меня видеть, а я их нет! При наличии у немцев опытных пилотов… Пилоты опытные - новичков летать над морем не отправят! Значит решено - идем прежним курсом и пытаемся отразить налет в открытом море с чистым и ясным небом!

- Всем кораблям соединения! Воздушная тревога! Приготовиться к отражению воздушной атаки!

Я почувствовал, что моя мошонка и задница покрываются липким потом. Эти выкормыши Геринга способны значительно уменьшить мощь моего соединения, но выбора нет - если я поверну обратно - нацистский крейсер будет отслеживать мои перемещения и все равно наведет на меня самолеты.

Я стиснул зубы и приготовился к появлению на сцене люфтваффе…."

* * *

Снова обратимся к воспоминаниям командира "Адмирала Хиппера", Эриха-Марка Цурзеемана, его книге "Проклятый "Вундерланд":

"… После войны стало модным искать виновных, или как говорят русские, искать того, кто сломал стрелки от часов. Очень многие военные историки виновником провала операции "Вундерланд" сделали меня. Их обвинения состояли из двух пунктов:

1, По их мнению я должен был послать эсминцы в торпедную атаку.

2. Я должен был воспользоваться преимуществами своей системы управления артиллерийским огнем и большей дальностью орудий главного калибра, чтобы вести огонь при отходе.

Рассмотрим все по порядку.

Начну с эсминцев.

Для эффективной торпедной атаки нужно либо массированное применение торпед с нескольких направлений, либо стрельба с близкой дистанции. И в том и в другом случае эсминцы должны войти как минимум в сферу действия орудий среднего калибра вражеского соединения. Это риск. Причем неоправданный. Эсминец - не крейсер - его живучесть весьма проблематична - достаточно одного попадания снаряда и половина его энергетической установки выйдет из строя.