Еще немного, и Аоро меня начнет гладить по головке и объяснять азы, с ужасом поняла Йелла.

— Здесь у нас как раз такие преступники, — продолжала Эльскол. — Сам Дларит, может быть, и безвредный, но он помогает системе, которая держит вратикс в постоянном рабстве. Он поддерживает систему, из-за которой болеют и умирают миллиарды разумных существ, потому что не могут получить лекарство. На нем кровь всех тех, кто умер, потому что у них не было бакты. И на нем кровь семей экипажа «Алаши».

Йелла неохотно кивнула.

— Не могу отрицать твои аргументы… Особенно если учесть, кто у этого Дларита дочка. Проблема не в нем, проблема во мне. Не могу я просто так убить его прямо у него дома.

Эльскол уже не слушала ее.

— Надо будет записать на камеру казнь и прокрутить по местному головидению. Так мы быстрее донесем наши мысли до населения.

— А сами превратимся в упырей, — добавила Йелла. — А как быть с семьей Дларита и слугами? Что мы будем делать, если они обнаружат нас там?

Лоро поджала губы.

— Бластеры можно выставить и на парализацию, — в конце концов сказала она.

— Ты что, и детей собираешься убивать?

— А это не ты только что упоминала его дочь? Дети хаттов происходят от хаттов.

— Но если мы сохраним жизнь младшим, то скажут, что мы милосердно относимся к тем, кто осознает ошибки, верно? — Йелла в упор смотрела на Эльскол. — Верно?

— Твое мягкосердечие немного осложняет дело, но особых трудностей я не вижу, — Эльскол опять оглядела комнату. — Еще кого-нибудь мучает совесть, или начнем, наконец, планировать операцию?

Больше никто не выступил, так что Лоро перешла прямо к делу. Йелла не могла не восхититься. Она много раз присутствовала при обсуждении операций в КорБезе и отмечала, насколько все четко и детально продумано. Эльскол проделала великолепную работу.

Неожиданно для всех и для себя Йелла согласилась присоединиться к добровольцам-ашерн, которые вызвались выполнить задание. Эльскол, Сикстус и трое его товарищей по специальному корпусу имперской звездной пехоты сформировали ядро группы. Йелла, двое вратикс и четверо человек (вся четверка — беженцы «Залтина») дополнили отряд. Каждому добровольцу были выданы бластер, лазерный карабин, комлинк, а тем, кто передвигался на двух ногах и пользовался одеждой, еще и темные комбинезоны, а в придачу — легкий бронежилет. От лазерного выстрела последняя деталь обмундирования не спасала, но в какой-то мере ослабляла его.

И вот теперь Йелла сидела на корточках позади раскидистого дерева-аконжи, прячась за его толстым стволом. От повышенной влажности жара казалась почти непереносимой, под бронежилетом нестерпимо чесалось и зудело, одежда намокла от пота и липла к телу. Йелла мечтала о ветре, пусть даже самом легком, лишь бы принес прохладу и облегчение. Но ветер заглушил бы слабые шумы и создал новые, сбивая с толку. Вессири убрала со лба прядь русых волос и уставилась в полумрак.

Едва различимые среди теней Сикстус и его соратники пробирались сквозь густой дождевой лес, окружающий особняк Дларитов. Само здание располагалось на небольшом холме у подножия высоких гор, которые когда-то были частью древнего потухшего вулкана. На голограммах, сделанных в дневное время, особняк выглядел невероятно красиво: дом из настоящего камня поднимался из окружающих джунглей, очертаниями напоминая тот самый вулкан.