|
Уже в 05.25 группа в составе 2 Як-1 и 2 Як-7 из 6-го ИАП вылетала для сопровождения штурмовиков к аэродрому Подольховский. С высоты 1500 м летчики увидели, что там стоит порядка 50 самолетов разных типов, в том числе транспортники и несколько FW-189. Но наши штурмовики почему-то так и не появились, как и немецкие истребители, в связи с чем Якам пришлось ни с чем возвращаться на базу. В 17.35 группа в составе 1 Як-1 и 2 Як-7 снова вылетела к той же цели. На сей раз Илы, как и положено, отбомбились, в штурмовке принял участие и эскорт (старший лейтенант Чижов поджег Хш-126). Старший лейтенант Иван Пишкан сбил Ме-109. В то же время был подбит Як-1 заводской № 5044 лейтенанта Щипачева, который дотянул до своей территории и совершил аварийную посадку на брюхо. Общие потери армии составили 13 самолетов. Судя по потерям, истребительная авиация занималась в основном прикрытием с воздуха своих аэродромов базирования. Тем не менее во время налета на аэродром Воропоново были убиты 2 летчика из 2-го ИАП – старший политрук С. П. Журавлев и старший лейтенант В. А. Авдеев. Еще один Як-1 из 148-го ИАП был потерян над аэродромом Большая Россошка. Его пилот сержант А. Я. Коновалов также погиб.
Немцы в этот день потеряли двух пилотов, пропавших без вести: были сбиты Bf-109G-2 W.Nr. 13430 обер-фельдфебеля Генриха Лешерта из 3./JG53 и Bf-109G-2 W.Nr. 13431 лейтенанта Хельмута Махера из 2./JG53 (позже выяснилось, что он попал в плен). А на следующий день пропал без вести командир 9./JG3 лейтенант Рольф Дигардт, который успел одержать на Восточном фронте 26 воздушных побед. Как видим, в начале августа никаких крупных воздушных сражений под Сталинградом еще не было, и советская авиация действовала в относительно комфортных условиях. Тем не менее даже небольших потерь хватило тому же 6-му ИАП, чтобы буквально за пять дней его боеспособность снова сократилась до уровня звена. Вместо 4–6 самолетов на каждое задание стали отправляться пары, а чтобы увеличить численность эскорта хотя бы до 6–7 машин, авиадивизиям приходилось объединять усилия сразу двух-трех полков! «Русские продолжают в оврагах и сильно укрепленных позициях упорное, но безнадежное сопротивление, – так оценивал обстановку в котле штаб 6-й армии 10 августа. – Сильные попытки прорыва на юго-восток, восток и северо-восток отбиты с кровавыми для врага потерями». К этому моменту остатки 62-й армии удерживали лишь небольшой район к северу от Суровикино. Как черные вороны, над ними расслабленно кружили «рамы» и «Хеншели», наблюдавшие за происходящим. «В котле активные беспорядочные перемещения во всех направлениях, в основном на северо-восток, – сообщалось в сводке о результатах авиаразведки. – В первой половине дня в этом направлении наблюдались попытки прорыва, которые во второй половине дня прекратились, так как немецкие части сильным ударом преодолели здесь вражеские позиции и районы сосредоточения и внесли еще больший хаос и беспорядок. Балки забиты пехотой и автомашинами». Пользуясь безнаказанностью и отсутствием ПВО, эти самолеты периодически сбрасывали на подходящие цели бомбы SC50 и SD70. Советская авиация не предпринимала никаких попыток снабжать окруженные войска. Наши самолеты ограничились визуальным наблюдением за происходящим и доставкой в котел офицеров с рациями (в ночь на 11 августа было сброшено 12 человек). Впрочем, никто из них на связь так и не вышел. 12 августа летчики докладывали, что на западном берегу Дона идут бои, но никакой подробной информации не поступало. 13 августа нескольким группам красноармейцев удалось переправиться на восточный берег. Но и они не смогли толком рассказать о происходящем. В действительности большая часть 62-й и 1-й танковой армий еще 11 августа сдалась в плен. По немецким данным, суммарно во время операции было захвачено 57 000 пленных, подбито и захвачено 1100 танков и 750 орудий. |
