- Да брось, - отмахнулась Белка. - Не в первый раз. Переночую снаружи.

- Что?!

- Утром приду, не волнуйся. Это гораздо лучше, чем всю ночь или хотя бы половину ночи смущать парней своей близостью.

Решив, что ослышался, Лакр опасно свесился с облюбованной ветки.

- Бел, ты серьезно?!

- Угу. Я всегда так делаю, когда одна.

- Но там же опасно! Давай, мы придумаем что-нибудь другое! Давай... давай я подвинусь!

Белка насмешливо хмыкнула.

- Ценю твой великодушный порыв, но вряд ли ты обрадуешься такому соседству. Да и мне будет трудно уснуть, ожидая от тебя всяких глупостей.

- Я не стану, - моментально насупился ланниец.

Она внимательно посмотрела ему прямо в глаза и вкрадчиво поинтересовалась - тем самым бархатным голосом, перед которым было совершенно невозможно устоять:

- Правда?

Лакр вздрогнул и чуть не свалился вниз. Машинально дернулся, поспешно хватаясь за какой-то сук, отвлекся, но именно тем и спасся. По крайней мере, выступивший на лбу холодный пот и бешеное сердцебиение смутившийся разум объяснил ему внезапным испугом. Вернее, ланниец пытался себя в этом убедить, но, наученный горьким опытом, на Белку старался больше не смотреть.

Она печально улыбнулась и, милосердно отвернувшись, медленно отступила к барьеру.

- Прости, Лакр. Не бери в голову, ладно? А вам остальным - до завтра. Нам еще предстоит немало пройти, так что отдохните хорошенько... без меня. И учтите: выходим с рассветом. Пока, Тиль.

Тирриниэль тяжело вздохнул.

- Пока, Бел. Будь осторожна.

- Я с тобой, - внезапно шагнул за ней Шир.

Братья, не веря своим ушам, ошеломленно обернулись, но Гончая без всякого удивления кивнула.

- Давай. Мое условие ты знаешь.

Охотник расковано потянулся, став неуловимо похожим на огромного пса, и, согласно угукнув, вдруг широко ухмыльнулся. После чего весело подмигнул Стрегону, перехватил предупреждающий взгляд от Темного Владыки, затем усмехнулся еще шире и бесшумно исчез. А сразу за ним, беззлобно пихнувшись, шагнула на выход и Белка.

- Бел? - непонимающе окликнул невестку Тирриниэль.

- Не бойся: он привычный, - со странной улыбкой отозвалась она, на мгновение обернувшись. - К тому же, в Проклятом Лесу мы оба с ним как дома. И оба нечувствительны к здешним ядам.

- Но...

- Я для него неопасна, - все с той же улыбкой пояснила Гончая. - Совсем. На Шира, как ни странно, не действует магия рун, и именно поэтому он - один из немногих, кто способен выносить мое присутствие. Причем, может делать это сколь угодно долго и не бояться сойти с ума. Я даже смотреть на него могу, понимаешь? Могу потрепать за уши и быть уверенной, что после этого он не утопится в ближайшем пруду.

Владыка Л'аэртэ изумленно моргнул.

- Но как?! Он же человек!

- Да, Шир - смертный, но мы нашли весьма забавный ответ на вопрос, как слегка подправить ему ауру.

- Что-о?! - потрясенно выдохнул Ланниэль. - Бел, неужели есть какой-то способ?!

- Есть, - внезапно усмехнулась она. Совсем как Шир недавно. - Только, боюсь, для вас он не подходит.

- Почему?!

- А потому, дорогой мой ушастик, что для этого вам потребуется пожертвовать слишком многим. Придется измениться настолько сильно, что ты бы сам никогда не решился. Ну, может, если бы только встал вопрос жизни и смерти. А так...

- Но, Бел! За пятьсот лет еще никому, кроме Таррэна, не удавалось... и то, лишь потому, что он и без того сумасшедший! Но люди! Что это, Бел? - жадно уставился на нее молодой маг. - Перстень? Амулет? Руна?!

Белка покачала головой.

- Нет. Все гораздо проще и... сложнее, одновременно.

- Бел, ну, скажи! Нечестно скрывать такой успех! Вдруг и мы что-то сможем придумать? Ты только представь, что будет, если в Чертогах на тебя перестанут смотреть, как на.