– Получилось… – бормотала я, отползая в высокую траву на берегу. – Неужели получилось?..

    Я уткнулась носом в землю и закрыла руками уши. Рядом тяжело бухнулся верный Кошмар, который, если говорить правду, только что спас всем нам жизнь…

    – Спасибо, родной… – тихо сказала я, прижавшись лбом к мокрой горячей шкуре коня. Он фыркнул в ответ и дружески ткнулся носом мне в плечо. По моей спине легонько пробежали коготки, и Мыш, блестя глазами, спрыгнул на землю:

    – Наша взяла, сестренка! Я сбегал, глянул – не озеро, а суп с фрикадельками! Все ящерицы кверху пузом плавают, и паленым разит – за километр!..

    – А что наши? – Я села.

    – Не видно пока… – Он влез мне на голову и вытянулся стрункой. – Темнотища, и дождяра хлещет прямо в глаза… Ты вот что, вставай-ка!.. Не ровен час, простудишься еще, лечи тебя потом! Академика рядом нету…

    Я поднялась с земли. Следом на ноги поднялся Кошмар. Мыш прав, не видно ни зги. Молнии больше не сверкали, гром утих. Вероятно, к утру ливень прекратится, но не ждать же здесь до рассвета?.. Я перевела взгляд на дорогу. Вдалеке горели огни… Город? Точно, тот самый, стоящий на границе с Южными Пещерами! Судя по всему, люди там все-таки еще остались… Мы с Мышом переглянулись.

    – Ты думаешь о том же, о чем и я?.. – предположил крыс, косясь на огоньки.

    – Точно! – Моя светлость посадила его в карман и взяла под уздцы Кошмара. – Ну что, друга, поползли?.. Надеюсь, в городе никто не откажет в гостеприимстве скромной воительнице!.. Холодно уж больно. И мокро… По крайней мере, место на лавке и сухарь на ужин я сегодня честно заработала!

    Громкий стук в дверь вырвал меня из сладких объятий сна. Ну кого там еще черти принесли?.. Велено же – не будить!

    Стук повторился. Я зевнула, потянулась на мягкой перине и, не открывая глаз, попросила:

    – Мыш, будь другом, посмотри, кто это… и пошли его подальше!

    – Да ну, облом… – лениво проговорили над ухом.

    – Ну тогда и фиг с ними… – Я приготовилась снова нырнуть в безмятежность, но… настырное буханье не прекращалось! Кто бы это ни был, сейчас он сильно рискует…

    – Говорю же, – раздался из-за двери приглушенный голос хозяина дома. – Спят они!

    – Разбуди! – пророкотал недоверчивый бас Тавруса. Я забыла про всякий сон и мигом слетела с кровати. Мышель сел на подушке.

    – А, узнаю полковника… – зевнул он. – Принесла нелегкая с утра пораньше! Стась! – остановил он меня. – Да не скачи ты.

    – Где мои шмотки?..

    – Сохнут. – Он спустился с кровати и подбежал к двери. – В одеяло завернись, а потом открывай уже. Срамотища…'

    – Это не срамотища! – оскорбилась я. – Это – «Дикая Орхидея», последняя коллекция! Много ты в женском нижнем белье понимаешь…

    Я закуталась в лоскутное покрывало и взялась за ручку.

    – Орхидея помоечная… – хихикнул у меня за спиной крыс.

    Я сделала зверское лицо, и он хохотал дальше уже из-под подушки.

    За дверью обнаружился грязный, мокрый, но счастливый Таврус.