— К чему ты здесь прикасался?

— К телефону, к подушкам, когда устраивал поудобнее Альфреда… вот, пожалуй, и все.

— Дверные ручки трогал?

— Дай-ка вспомнить… Входная дверь была приоткрыта; я дотронулся до двери, но не до ручки. Зато, войдя, я к ручке притронулся… и потом, когда выходил тоже… Дверь в кабинет была открыта, и одна створка стеклянной витрины, за которой хранилось оружие, была открыта… помню, я заметил свое отражение только в одном стекле.

Шериф пронзительно взглянул на Хауэлла.

— Джон, я тебя хорошо знаю и не верю, что ты просто стоял тут, как истукан, когда увидел труп. Ты притрагивался к письменному столу или сейфу? А, может быть, к шкафу для бумаг или к чему-нибудь еще?

На лбу Хауэлла выступили крошечные капельки пота. Он надеялся, что Бо этого не заметил.

— Я замер здесь и, наверное, целую минуту внимательно оглядывал комнату. Моей первой мыслью было, что где-то, вероятно, должна лежать записка.

— А была записка, да? Ты нашел что-нибудь в этом роде?

— Нет. Все было точно так же, как и сейчас.

Да, действительно. Все на прежнем месте.

— Джон, послушай меня. Здесь пока никого нет. Я еще даже не ознакомил тебя с твоими правами. Если ты хочешь мне что-либо сказать… может, ты что-то забыл или проглядел, то сейчас самое время признаться, по-приятельски, неофициально… если хочешь. Через минуту здесь уже будет полно людей, и я не смогу тебе помочь, будет слишком поздно.

Хауэлл учащенно заморгал.

— Помочь? Но мне не нужна помощь! Господи, Бо, неужели ты хоть на мгновение можешь допустить мысль, что это не самоубийство? Перестань! Не собираешься же ты ломать комедию, пытаясь выставить меня преступником?!

— Ладно, ладно… Это действительно похоже на самоубийство, но ты прекрасно знаешь, что я должен все тщательно проверить, — Бо снова взглянул на то, что осталось от Эрика Сазерленда. — Так тщательно, как я еще ничто никогда не проверял, — он перевел взгляд обратно на Хауэлла. — А наверх или в какие-нибудь другие комнаты ты заходил?

— Нет, я решил, что он покончил с собой именно здесь. И подумал, что если бы в доме кто-то был, выстрел услышали бы. А если бы я считал, что убийца притаился наверху, то, наверное, тоже бы не пошел.

— Когда ты в последний раз видел Эрика Сазерленда живым?

— На банкете. С тех пор мы не встречались.

— Нигде? Ни здесь, ни в городе, ни где-либо еще?

— Нет. Я вообще разговаривал с Сазерлендом только два раза в жизни: приехав в город, я увидел его и остановился, чтобы представиться, а потом мы перекинулись парой слов на банкете. Вот и все.

— Вы говорили на повышенных тонах?

— Нет. Когда я встретился с ним впервые, он держался довольно прохладно, зато на вечере был обворожителен.

— Кроме того случая, когда ты залез в офис Сазерленда, ты приходил к нему в его отсутствие?

Хауэлл немного подождал прежде, чем ответить.

— Я думаю, ты имеешь в виду тот случай, когда на банкете у Сазерленда Скотти обронила свою кредитную карточку, а Сазерленд решил, что кто-то забрался к нему в офис. Я никогда не бывал в этом доме в отсутствие Сазерленда. Надеюсь, я выразился предельно ясно?

— Да, о’кей, мы забудем про кредитную карточку. Ты все прекрасно объяснил, и я думаю, лучше об этом позабыть.

— Ну, и чудесно. Я знаю, ты выписал сюда доктора, Бо, но зачем он нужен? Все это произошло довольно давно. Кровь и… остальное… частично успели высохнуть.