— Хорошо. Завтра обязательно зайду ближе к вечеру.

— Вот и договорились, — сказал Громов и положил трубку.

Павел вернулся на кухню и прежде чем заняться приготовлением ужина, подошёл к окну и слегка отодвинул краешек занавески. В дальнем конце двора стояла незнакомая ему «шестёрка», окутанная клубами выхлопных газов.

«Давно стоят. Греются», — подумал он, так как сразу всё понял, что именно эта машина сейчас караулит его.

Он задёрнул штору и стал готовить ужин. Поужинав, он направился в ванную комнату. Наполнив ванну горячей водой, он погрузился в неё с головой. Он мылся долго, стараясь смыть с себя этот кисловатый и противный запах камеры.

Погасив свет, он снова посмотрел на улицу. Машины на прежнем месте не было.

«Наверное, снялись, — подумал он. — Не караулить же им меня всю ночь».

Он лёг на чистое белое бельё и моментально заснул.

Утро выдалось снежным. Павел выглянул в окно и увидел сквозь плотную пелену снега всё ту же машину, которая стояла вчера во дворе его дома. Ветер крутил снег во дворе так, что иногда полностью скрывал машину от посторонних глаз.

Побрившись и позавтракав, Лавров вышел на улицу. Он успел пройти несколько десятков метров и почувствовал, как его колени потеряли гибкость.

«Что это со мной, — подумал он про себя. — Неужели оттого, что я так неудачно упал? Надо заехать в больницу и показаться хирургу».

Закрывшись воротником пальто, он, сильно прихрамывая, направился на остановку. Войдя в троллейбус, он отряхнул с себя снег и оглянулся назад. Ему сначала показалось, что сопровождавший его сотрудник отстал от него, однако он ошибся. Через две-три секунды в троллейбус вошёл молодой парень. Он быстро пробежал по лицам пассажиров своим натренированным взглядом и остановился на нём. Убедившись, что Лавров находится в салоне троллейбуса, он сел на сиденье, позволявшее ему видеть всё, что происходит в салоне, и поставил свои озябшие ноги на электрический обогреватель. Через некоторое время он почувствовал тепло. Павел не без улыбки наблюдал за ним. Парень закрыл глаза и, похоже, задремал.

«Видно не выспался, — подумал про него Лавров. — Работа собачья, встаёт рано, ложится поздно».

Троллейбус, скрепя металлом, нехотя переехал Ленинскую дамбу. Около цирка у него слетела одна из электрических штанг, и он остановился. Павел взглянул на оперативника, который по-прежнему сидел с закрытыми глазами, и вышел из троллейбуса. Мотор снова заработал и водитель, забросив на крышу троллейбуса верёвку, направился обратно в кабину. Троллейбус медленно тронулся и, раскачиваясь на кочках, медленно покатил в сторону улицы Кирова.

Лавров поднял руку и остановил проезжавшую мимо него машину.

— До РКБ не добросишь? — спросил Павел.

— Сколько дашь? — в ответ поинтересовался у него водитель.

Они быстро сговорились о цене, и Лавров сел в автомобиль. Через час он уже выходил из кабинета хирурга. Как он и предполагал, в результате вчерашнего падения на улице у него открылась ещё не совсем зажившая на ноге рана. Ему оказали необходимую медицинскую помощь и посоветовали на время отказаться от длительных прогулок и больше лежать.

— Сейчас заеду к Хакимовой и поеду домой, — решил он, выходя из больницы.

Павел поднял воротник пальто и медленно направился в сторону остановки. Он сел в подошедший автобус и поехал в сторону центра города. Выйдя из автобуса, он прошёл метров триста и свернул с улицы. Он решил сократить дорогу и направился проходными дворами. Вскоре он оказался около дома, в котором проживала Хакимова Луиза.