Пета глянула на часы. Лориол задерживается. Так поздно она еще не возвращалась. Внезапно девушка поняла, что больше не может сидеть и ждать ее возвращения. Она не хотела видеть, как просияет Николас, когда Лориол войдет в комнату. Глупо… мелко… но это было правдой.

Позже, лежа в постели, Пета услышала, как пробило одиннадцать часов, а Лориол так и не вернулась домой. Николас, должно быть, не ложится спать и ждет ее — Энн поднялась по лестнице, и Пета не слышала, чтобы кто-то еще прошел мимо ее двери. Она беспокойно заерзала в постели. Почему Лориол так задержалась? И как она отреагирует, когда узнает, что Николас неожиданно вернулся? Наверняка Пета знала только одно — у Лориол больше не останется времени на Майка. Теперь она его покинет, потому что он ей не нужен. Эта мысль должна была обрадовать Пету, но… не обрадовала. Девушка не хотела, чтобы Майка обидели. И она в отчаянии поняла, что вряд ли их дружба когда-нибудь вновь станет прежней. Даже если Лориол не будет стоять между ними.

Где-то в саду заухала сова, и ветер сильнее закачал ветви деревьев. Немного позже Пета услышала, как подъехала машина. Но к тому времени она уже почти спала. Ее последняя осознанная мысль была о Майке, но, как ни странно, приснился ей Николас. С него сон начался. Проснувшись, Пета вдруг осознала, что в ее довольно бестолковом сне присутствовали Майк, Лориол, она сама и даже проказники Холли и Дикон.

Она вспомнила сон, когда вечером позвонил Майк и сообщил, что, по мнению его матери, они приятно проведут воскресный день, устроив пикник у моря.

— Я уже говорил об этом Лориол, и она пришла в восторг. Конечно, мы отправимся в Хорси. Я знаю, что до пляжа идти далеко, но, по крайней мере, там не так много людей, как в других местах. Ты приедешь, правда, Пета?

Приглашение вызвало у Петы смешанные чувства — легкое потрясение и удовольствие. Вот доказательство того, что для Майка до сих пор важна их дружба. Она не знала, что сначала ни Маргарет Мэндевилл, ни Майк не посчитали необходимым вспомнить о ней. Это Дикон и Холли начали негодовать, когда обнаружили, что Пету не приглашают, и Маргарет уступила ради мира и покоя.

— Я бы с удовольствием приехала, — бодро начала Пета, но потом засомневалась. — Наверное, Лориол тоже согласилась? Как… как насчет Николаса? Знаешь, он вернулся вчера вечером.

— О, вот как? — В голосе Майка не слышалось восторга. — Ну, наверное, ему тоже лучше приехать.

Он помолчал, затем, смущаясь, спросил:

— Надеюсь, у Лориол больше не болит голова?

— Болит голова?

— Да. Она сегодня позвонила маме и сказала, что не очень хорошо себя чувствует, чтобы отправиться на реку сегодня вечером. Жаль. Не думаю, что такая хорошая погода долго простоит.

Майк старался говорить беззаботно, но Пета чувствовала неистовый гнев. Ведь она знала, что у Лориол все в порядке! За обедом она постоянно смеялась и разговаривала с Николасом, а сразу после обеда они куда-то ушли вместе. О, почему мужчины такие идиоты? Почему Майк, спокойный, разумный Майк, не видел ее насквозь?

На миг она почувствовала искушение сказать ему правду. Потом сдержалась и не стала произносить сердитых слов.

— Я не знаю, как она себя чувствует. Почти не видела ее сегодня. Мне пора идти, Майк, я помогаю Энн мыть посуду. Она не справится одна.

Пета повесила трубку, не дав Майку возможности попрощаться. Сейчас она почти ненавидела Лориол. Майк слишком хороший, чтобы ему лгать. Казалось, он живет иллюзиями. Но если так, этому скоро придет конец.