Изменить размер шрифта - +
Защита здания Магика не помешала ему. Громф сам наложил большую часть этих охранительных заклинаний и знал слова и жесты — голос его звучал теперь гулко, — чтобы благополучно преодолеть их.

Вскоре он был уже в воздухе над зданием, и перед ним открылась захватывающая дух панорама всей Брешской крепости: изогнутые в виде паука стены Арак-Тинилита, основательная пирамида Мили-Магтира, грандиозные шпили Магика. Из северных туннелей поднимался дым, все еще доносились взрывы и вопли. Он любовался этой картиной лишь одно мгновение, потом развернулся и полетел на юг под сводом пещеры, двигаясь между острых пик сталактитов, свисавших с потолка.

Громф пролетел над Базааром, где он сражался с личдроу, над Браэруном и направился прямиком на Ку'илларз'орл, к осажденному Дому Аграч-Дирр.

 

Стоя на коленях перед алтарем Ллос в пустом храме, Ясраена молила Паучью Королеву не о спасении — Ллос презирала подобную слабость, — но о шансе. Она понимала, что, если ничего не изменится — и быстро, — осада ее Дома рано или поздно увенчается успехом. Ей нужно было найти филактерию и решить, удастся ли выторговать почетные условия сделки с Триль. Может, эта проклятая штуковина находилась у нее прямо под ногами, а она не знала об этом. Она в тысячный раз недобрым словом помянула личдроу и выругала себя за то, что позволила своему Дому следовать замыслам мужчины.

Она взглянула на алтарь, надеясь увидеть знак благосклонности Ллос. Ничего. Отсветы от единственной священной свечи трепетали на полированном теле грандиозного изваяния «черной вдовы», стоящего за алтарем, — на самом деле стражника-голема. Статуя взирала на нее сверху вниз восьмью бесстрастными глазами.

Издалека до Ясраены время от времени долетали крики воинов, сражающихся на стенах ее замка. Несколько часов назад крепость сотрясли оглушительные взрывы, громыхнувшие вдоль стен. Относительное затишье казалось Ясраене зловещим. Она знала, что войско Хорларрин отошло от моста через ров, чтобы выработать стратегию для нового удара. В воздухе сгущалось напряжение. Она видела это в глазах своих воинов, своих магов, своих дочерей. Следующая атака Хорларрин будет мощнее предыдущей. Она была уверена, что Дом Аграч-Дирр отразит ее, но что будет со следующей? Или с той, что последует после нее? Что будет, когда к Хорларрин присоединится другой Дом? Третий?

Ее Дому оставалось жить считаные дни, если она не отыщет филактерию и не договорится о мире. Или не вернет к жизни личдроу и, получив такую поддержку, не потребует мира.

До сих пор Ларикаль и пыхтящий урод Геремис не смогли найти филактерию, хотя Ясраена была уверена, что та находится в сталагмитовой крепости. Личдроу редко покидал ее стены. Он не стал бы прятать вместилище своей души где бы то ни было, кроме как внутри замка.

Она воззвала к силе амулета у себя на груди и передала Ларикаль:

«Мое терпение на исходе».

Ясраена ощутила раздражение дочери благодаря связи, установленной между их амулетами.

«Поиски продолжаются, Верховная Мать. Личдроу был не простым заклинателем. Он надежно спрятал свое сокровище».

Ясраена добавила в свой ментальный голос яду.

«Мне не нужны оправдания, — заявила она. — Принеси мне филактерию, или я принесу твою жизнь в жертву Паучьей Королеве».

«Да, Верховная Мать», — ответила Ларикаль, и связь прервалась.

Угроза Ясраены была искренной. Она уже убивала своих детей, коли на то пошло. Если понадобится, она сделает это снова.

Матрона услышала за спиной звуки шагов под портиком храма. Она поднялась и обернулась как раз в тот миг, когда Эсвена вбежала в храм через открытые двойные двери. Звенья ее адамантиновой кольчуги позванивали, словно колокольчики рабов. В руке она держала шлем, лицо ее пылало.

В голове Ясраены промелькнула добрая сотня возможных причин, одна хуже другой.

Быстрый переход