Иуда издавал сдавленные крики, умоляя кого-нибудь прийти на помощь.

— Противная маленькая цыганка, что ты себе позволяешь? Как ты смела наброситься на меня! — разорался Иуда, поднимаясь с пола с помощью Исаака.

— Пожалуйста, Иуда, успокойся, — уговаривал его Исаак. — У тебя больное сердце.

В суматохе Рани убежала на поиски Веро. Бенджамин наблюдал всю эту сцену с верхней галереи, но когда он спустился вниз. Рани с волком исчезли. Зато там появилась тетя Руфь, громко причитающая над гостями и насмерть перепуганной кошкой.

— Это все твоя девчонка, — крикнула она Бенджамину. — Бог знает, чего нам ждать от нее в следующий раз. Исаак, нам надо что-то делать с волком. Нельзя жить в одном доме с этим чудовищем!

— Он практически безобиден, тетя. Конечно, я согласен, что он и Рани доставляют вам некоторое беспокойство. Я поговорю с ней после ужина.

— Примите мои извинения, — сказал Исаак Иуде и Ришару. Потом он повернулся к Бенджамину. — Волка здесь больше быть не должно. Что же касается Рани, то если ты не примешь надлежащих мер, она последует за своим зверем.

— Я приму меры, — внешне спокойно ответил Бенджамин. Только сжимающиеся и разжимающиеся пальцы выдавали его гнев.

Гости ушли, так и не поужинав. Однако позже, несмотря на огорчение дяди и тети, Бенджамин с улыбкой вспоминал происшедшее.

После инцидента между Бенджамином, Руфью и Исааком произошел неприятный разговор.

— Что ты собираешься с ней делать? — Исаак, может быть, впервые в жизни так резко разговаривал с Бенджами-ном. — Я знаю, что когда-то она спасла твою жизнь, но это… это не лезет ни в какие ворота. Она просто сумасшедшая! А твоя тетя живет в постоянном страхе перед этим волком.

Бенджамин задумался.

— Рани никогда не расстанется с Веро. Это ее единственная связь с прошлой жизнью. И притом он очень хороший защитник.

— Тогда ты должен расстаться с Рани. Может быть, мы смогли бы отправить ее с волком в деревню. У меня есть небольшой дом недалеко от моря… — Нет, нет. Она не сможет жить одна. Она воспитана в цыганском таборе, и ей очень трудно жить на одном месте, тем более в одиночестве.

— Что ты этим хочешь сказать? — острый взгляд Исаака заставил Бенджамина покраснеть. — Уж не собираешься ли ты жить с ней постоянно? Подумай о ваших будущих детях. Ты же знаешь, как мучился твой брат тем, что он — незаконнорожденный сын. Ты хочешь, чтобы так же мучился и твой сын? Тебе пора жениться, Бенджамин. Но Рани Янос не может быть твоей женой.

Бенджамин сделал большой глоток бренди. Это помогло ему собраться с мыслями.

— Да, я знаю, что не могу жениться на Рани, пока…

— Я понимаю, она очень красива и помогает тебе забыть Мириам, — добавил Исаак уже более мягко. — Но у тебя есть некоторые обязанности перед семьей, которые ты не можешь игнорировать.

— Я и не собираюсь игнорировать интересы Торресов. И не хочу представлять своих детей незаконнорожденными. Я просто подумал, что в Новом Свете…

— Уж не собираешься ли ты взять ее с собой в Эспаньолу?

Бенджамин улыбнулся.

— По крайней мере это избавит вас от лишнего беспокойства. Я не могу бросить ее. И не могу больше оставаться с ней здесь. Значит, я вернусь в Санто-Доминго и буду жить рядом с домом, занимаясь медициной. Там у Рани и будет больше свободы. Новый Свет проще старого. Там нет такого количества ограничений. Она будет жить со мной. И наши дети будут с нами.

— Они будут незаконнорожденными, Бенджамин. А ты сам сказал, что хочешь выполнить свой долг перед семьей, заключить брак и иметь законных наследников.