— Иуда, ведь Риго — отец ребенка, и, несмотря ни на что… он сын Аарона и, следовательно, может переменить веру…

— Это полудикарь, да к тому же еще и негодяй без совести и чести. Никогда его грязные руки больше не коснутся моей дочери. — Иуда устремился к двери.

— Значит, его кровь тайно так же противна вам, как и то, что он христианин? — спросил прямо Бенджамин. — А что думаешь ты, Мириам? Тебе придется выбирать.

Она повернулась к нему.

— Ты слышал, что сказал отец. Его решение не подлежит обсуждению. Я не могу выйти за Риго.

— Тогда тебе самой придется сказать ему об этом, — обиженно ответил Бенджамин, — потому что я найду его и привезу сюда, на свидание с тобой.

Вилла была просторной, удобной и при случае даже могла служить убежищем, поскольку располагалась на невысоком холме, у подножия которого текла речка. Фернандо Франциско де Авалос, маркиз де Пескара, задумчиво смотрел из большого окна столовой на своих людей, мирно расположившихся лагерем.

— Иди, Фернандо, все остынет, если ты немедленно не сядешь за стол, — уговаривала его Беатрис.

Он поблагодарил ее и обратился к своему молодому капитану:

— Скоро мы снова начнем войну. Франциск не оставит Павию в руках Де Лейва. Бурбон потворствует германским лютеранам, подкупая тех, кого не может убедить. Он пишет, что приведет двенадцать тысяч данскнехтов.

— Германцы — отважные воины. И меня не интересуют их религиозные предпочтения, — сухо заметил Риго. — Но сейчас становится слишком холодно, чтобы начинать войну.

Пескара усмехнулся.

— Этот молодой идиот — французский король, занятый только собой, ведет своих солдат через Альпы, чтобы атаковать нас. Если Бурбон прибудет вовремя, мы расстроим его планы.

— Я слышал, что они уже едят своих мулов, а также крыс и отбросы в городах, — сказал Риго, глядя на великолепно приготовленный обед, стоящий перед ними на застеленном льняной скатертью столе.

Лиана вздрогнула. Обвив белыми пухлыми руками Риго она склонилась к его уху и прошептала:

— Забудь о войне. Объяви короткое перемирие и устрой нам сегодня праздник. Пообедай здесь, а потом продолжим в… — Молодая рыжеволосая девушка что-то быстро зашептала ему на ухо, а ее тетя Беатрис смотрела на них с улыбкой.

— Она права, Фернандо. Скоро вы должны будете уехать и вкусить все лишения военной кампании. А теперь давайте веселиться, пока у нас есть такая возможность, — сказала старшая, когда смуглый, невысокого роста генерал последовал за ней к столу.

Через некоторое время их застольная беседа была прервана голосами спорящих в прихожей.

— Германцы спорят с каким-то испанцем, — сказал Пескара, впуская охранника, просившего позволения войти.

— Позвольте ему войти.

Бенджамин, войдя в тепло натопленную, богато убранную комнату, мгновенно увидел брата, полулежащего на кушетке, и рыжеволосую красавицу рядом с ним, которая кормила его абрикосом.

— Так вот как вы воюете, — сказал он презрительно. Что-то словно надломилось у него внутри, и он резко вынул из ножен меч. Занеся его над остатками пиршества, он рассек пополам лебедя, затем поддел половину на острие и швырнул Риго и Лиане.

— Позвольте мне помочь вам, леди. У моего брата слишком ненасытный аппетит для этих фруктов.

Жирная птица шлепнулась на платье Лиане, и, вскрикнув, она сбросила ее на пол. Уцепившись за Риго, она сжалась в комок, открыв рот и изумленно уставившись на братьев-в этом у нее не было сомнений, поскольку лица были удивительно похожи.