В музее мы провели чуть меньше часа. Экспозиция была большой, хотя большинство работ представляли собой копии. Девушка старалась рассказать обо всём, что помнила и знала, но я всё чаще отвлекался от того, что именно она говорила, просто любуясь ею или прислушиваясь к звучанию её голоса. Наконец, она это, кажется, заметила.

— Ладно, — сказала она, беря меня за руку. — Пожалуй, хватит на сегодня, да? Не всё сразу.

— Ага, — согласился я с облегчением. — И так слишком большая доза искусства для меня. Может, перекусим где-нибудь?

— С удовольствием. Я знаю одну кафешку неподалёку. Заходила в неё пару раз.

— Ну, тогда веди, Беатриче, — улыбнулся я.

— Кто? — не поняла девушка.

— Да неважно, — спохватился я, сообразив, что цитаты из образчиков буржуазного искусства, пусть и мирового значения, сейчас и здесь не совсем уместны. — Была такая героиня в одной книге. Забей. Пойдём искать твоё кафе.

— Да его не нужно искать, — рассмеялась Кристина. — Я отлично помню, где оно находится.

И правда, плутать не пришлось. Девушка вела машину уверенно и минуты через две припарковалась возле небольшого и очень милого на вид заведения с полосатыми полотняными навесами над пластиковыми столиками.

— Предлагаю сесть снаружи, — сказала она, как только мы вышли из автомобиля. — Погода хорошая, так зачем мариноваться в помещении?

— Согласен, — отозвался я. — Как насчёт вот этого?

— Да, отлично.

Едва мы сели, из кафе выскользнула официантка в белом переднике и маленьком колпачке.

— Оставить вам меню, или сразу сделаете заказ? — спросила она, глянув на Кристину и чуть задержав взгляд на мне.

— Сразу, — отозвалась моя спутница. — Я у вас уже была. Мне сливочное крем-брюле и тархун.

— Мне то же самое, — кивнул я, жестом отказываясь от протянутого меню.

— Хорошо, — девушка кивнула. — Минутку придётся подождать.

Когда она исчезла, я посмотрел на Кристину.

— Что? — спросила та, улыбнувшись.

— Спасибо за экскурсию. И вообще — отличный…

— Вечер? — рассмеялась она. — Ещё только день.

— Ну да. Потому я и запнулся.

— Слушай, Влад, ты ведь здесь останешься, когда я уеду, так?

— Наверное, да. А что?

— Ну, просто я подумала: почему бы тебе не позвонить мне, когда вернёшься? По-моему, мы здорово проводим время.

— Согласен. И обещаю, что тебе не придётся мне перезванивать, — я улыбнулся.

— Вот и хорошо! Впрочем, у нас ещё будет время здесь. Ты же сможешь разок вырваться с работы?

— Уверен, что да.

В этот момент вернулась официантка с нашим заказом.

— Пожалуйста, — проговорила она, ставя перед нами десерт из заварного крема с карамельной корочкой. С обеих сторон имелись вафли. — Приятного аппетита.

Поблагодарив, мы вернулись к беседе.

— На самом деле, это не мороженое, — проговорила Кристина, вооружившись ложечкой.

Я кивнул.

— Знаю. Распространённое заблуждение. Но мне всё равно нравится.

— Ещё бы! Это моё любимое. Ну, или мой любимый. Если считать, что это десерт. Но не будем об окончаниях.

— Согласен. Как у тебя тут со временем? Когда можно будет тебя похитить в следующий раз?

— Дай подумать.

В таком ключе мы болтали, пока не прикончили крем-брюле и не выпили по стакану тархуна. С детства обожаю этот напиток. Не знаю, почему, но именно он покорил мои сердце и вкусовые рецепторы.

Когда вернулись в машину, Кристина взглянула на часы.

— Я обещала отцу помочь кое с чем, — сказала она.