Подземный гараж Управления делился на два яруса. Верхний был отведён под личный транспорт сотрудников КГБ и «гостей», получивших пропуск. Нижний — под спецтехнику. И да, целый сектор этого яруса Козлов выделил нашему отделу. Сказочная щедрость. Там даже разметку соответствующую нанесли.

— Хм, — я шагнул в машинное царство, и двери лифта сомкнулись за моей спиной. — В схватке с эмиссаром скорость реагирования очень важна. Но ведь у нас в отделе много физиков. Их рефлексы на продвинутых рангах ничем не уступают противнику.

— Говори проще, — добродушно прогудел гратх.

— Точность, — принял я оптимальное решение. — И стихийный урон.

— Идёмте, товарищи, — вмешался Бурундуков. — На правах водителя со стажем я презентую вам «железных коней» на все случаи жизни.

— Прямо на все? — хмыкнул Курц.

— Извольте следовать за мной, — улыбнулся портальщик. — И вы узрите величие разума.

Несмотря на специфическую манеру общения, Бурундуков оказался очень ценным кадром. Он практически сразу взял шефство над нашим автопарком. На данным момент Спецотделу принадлежали шесть «зубров» и четыре бронированных фургона класса «панцирь». По виду — футуристические микроавтобусы с непонятной надстройкой на крыше. Как выяснилось, из надстройки выдвигаются пулемётные турели, а ещё у этих зверюг есть силовые бамперы, чтобы таранить… да всё, что угодно. Ворота, заборы, легковушки. Внутрь такой машины легко можно запихнуть два отделения штурмовиков с полным боекомплектом.

Приблизившись к «панцирю», гратх уважительно покачал головой.

Жесты и мимика орков во многом напоминали человеческие, но были и существенные различия. В данном случае, я оценил настроение Курца правильно. Рунный мастер был под впечатлением.

— Сие есть «панцирь»! — пафосно провозгласил Бурундуков, хлопая микроавтобус по броне. — Убойная вещь. Таранит, расстреливает, доставляет. Кому что больше нравится.

Фургоны были все как один чёрные, блестящие, массивные и грозные. При этом я даже не сомневался, что скорость они развивают будь здоров.

— Орку надо бы покрупнее, — добродушно прогудел Курц.

— А тебе и не нужно в штурмовики лезть, — хмыкнул я. — Сиди в кабинете, делай руны.

— Руны можно и на броню наносить, — заметил Курц. — И в салоне размещать, если что.

— С этого момента поподробнее, — заинтересовался я.

— Влад, ты ставь задачу, — Курц обошёл фургон, попытался заглянуть внутрь. Тонированные стёкла не позволили. — Что усиливаем?

— Дорогой начальник! — взмолился Бурундуков. — Может, пущай полетает ентот «панцирь», а? Раз уж такая пьянка…

— Ты меня переоцениваешь, дорогой товарищ, — хохотнул Курц. — Давай поддадим реализма.

— Броню эмиссарам не пробить, — задумчиво произнёс Бурундуков.

— А колёса? — припомнил я наш старый разговор о «зубрах».

— Хорошие колёса, — заверил Бурундуков. — Но лишняя прочность не помешает.

— Замётано, — хмыкнул Курц. И тут же уточнил: — А что с этими выдвижными турелями? Прибавим огоньку? Или заморозку хотите?

— Ледяные пули? — охренел я.

— Ещё и с останавливающим эффектом, — Курц забавно подвигал бровями. — Ставим в план?

— Само собой, — оживился я.