В схему отлично укладывались действия западных спецслужб. Наши заокеанские противники знали либо догадывались, что ключевой советский учёный, открывший что-то важное, продолжает свою работу. Или, как минимум, приобщил к процессу своего сына.

Я уже не сомневался, что в воспоминаниях моего носителя — ключ к разгадке.

Цепочка событий, которая со мной произошла, начиная с первых дней в новом мире — вовсе не случайность. Не исключено, что даже головокружительное восхождение обычного пацана в недрах КГБ тоже кем-то спланировано. Кем-то очень умным. Никогда не спящим и умеющим управлять…

Внезапная догадка заставила меня вздрогнуть.

А потом накрыло ещё одной догадкой, но додумать я не успел.

— Товарищ Громов! — ко мне приблизилась симпатичная девушка в синей форме. — Вопрос улажен. Прошу следовать за мной.

Несколько минут я потратил на то, чтобы помочь Курцу собрать разбросанные вещи в рюкзак. После этого девушка-пограничник открыла неприметную дверь, воспользовавшись дактилоскопом, и провела нас по лабиринту служебных коридоров. Я и не знал, что так можно.

Мы вышли из неприметной двери в доброй сотне метров от шлюзовых ворот.

— До свидания, товарищи!

Створки с шипением сдвинулись, окончательно отсекая меня от мира гратхов.

Зона пограничного контроля обрушилась на нас несмолкаемым шумом, транспортными и людскими потоками, давящей громадой периметра. В Трурмтханге всё это не казалось настолько эпичным. Как ни крути, а технологический разрыв между двумя цивилизациями ощущался.

Я понятия не имел, как выбраться из Сколково.

По идее, надо искать такси.

Влившись в толпу других пешеходов, гратхов и людей, я направился в сторону парковки. По дороге я запустил транспортное приложение и начал выискивать свободную машину, но тут меня окликнули:

— Приветствую, мой дорогой товарищ! Светоч нашей организации! Опора страждущих!

Бурундукова ни с кем не спутаешь.

Но сейчас я был рад его видеть.

Безмерно рад.

— А этот товарищ с вами? — Максимильяныч уставился на моего спутника. — Экий бусурманский наряд!

— Но-но! — обиделся гратх.

— Не серчайте, прошу вас! — всплеснул руками водитель. — Ежели мои слова уязвили вашу гордость, приношу искренние извинения и впредь обязуюсь…

Продолжая вещать в таком духе, Бурундуков повёл нас к уже знакомому чёрному броневику с эмблемой КГБ. При виде «Зубра» шаман уважительно оскалился.

Жару отрезало массивными дверями. Которые бесшумно встали на свои места, как в футуристическом звездолёте. Кондиционер поддерживал в салоне приятную температуру, а гратх искренне обрадовался тому, что не упирается головой в потолок и может нормально отрегулировать заднее кресло. Рюкзак отправился в багажное отделение.

— Заждался я вас, господа хорошие, — заявил Бурундуков, аккуратно выруливая с парковки. По сравнению с нашим монстром, другие машины казались никчёмными букашками. — Экая диковина, шаман с оберегами! Мне как Виктор наш свет Викторович изволил сообщить об этом, меня аж кондратий чуть не хватил! Страсть как захотелось с вами познакомиться, дорогой товарищ Курц!

Гратх переносил этот поток словоблудия стоически.

Не успели мы отъехать от парковки на пару километров, как водитель свернул с главной магистрали и открыл портал. Броневик, не сбавляя скорости, вынырнул аккурат на подземную стоянку Управления.

Покой нам только снится.

Вместо отдыха — визит к Козлову, закрытие командировки и оформление нового сотрудника.