— Прокачу с ветерком, братаны! — бросил через плечо водитель.

Мы забросили чемоданы с рюкзаком в багажник и устроились на заднем сиденье.

Тук-тук сорвался с места и с рёвом выехал на прилегающую к посольству улочку. С двух сторон от нас громоздились мегалитические двухэтажные дома.

— Зачем тебе рунный мастер? — спросил Курц, перейдя на русский.

— Так сразу и не скажешь, — замялся я. — Придётся модифицировать оружие, укреплять автомобили и броники…

— Броники?

— Ну, бронежилеты.

— Хорошо, я понял. Вот только не слышал, чтобы ваши спецы использовали руны. Это с каких пор в КГБ таким занимаются?

— С тех самых, как туда перешёл я.

Остаток пути до межмирового портала я потратил на то, чтобы рассказать Курцу о своём спецотделе и наметить задачи на ближайшие недели.

Мы без особых проблем миновали таможенную зону, и я подозреваю, что здесь как-то сработал высокий статус шамана. Курц показал пограничнику-гратху удостоверение, и тот посмотрел на моего спутника чуть ли не с благоговейным трепетом. Даже не стал досматривать личные вещи.

— Что это он увидел? — спросил я, когда мы шли по коридору между шлюзами. — Руну Власти?

— А ты шутник! — здоровенная лапища хлопнула меня по плечу. — Нет. Всего-навсего знак шамана.

— И этого достаточно?

— Как видишь.

На нашей, земной стороне, было недостаточно.

Служащий в родной синей форме очень долго смотрел на гратха, затем — на экранчик интроскопа.

— Что у вас там?

— О, товарищ, сущая ерунда! — оскалился гратх. — Безделушки и ничего более.

— Пройдёмте в кабинет, — принял решение пограничник. — Мы бы хотели изучить содержимое вашего рюкзака тщательнее.

Рунный мастер не стал возражать.

Среди безделушек обнаружились закруглённые камни, кусочки дерева, разноцветные шнурки. А ещё — здоровенный тесак в чехле и самый настоящий револьвер. Крупная пушка, заточенная под орочью ладонь.

Пограничник нахмурился:

— Оружие провозить запрещено.

Пришлось вмешаться:

— Под мою ответственность, товарищ.

— Секунду, — взгляд пограничника стал отстранённым. Я догадался, что он с кем-то связывается телепатически. Мысленная консультация отняла полминуты. — Извините, товарищ Громов, но ваш уровень компетенции недостаточен для прохождения досмотра с нарушением общих правил. У оружия есть сопроводительные документы?

Курц виновато развёл руками.

— Поговорите с моим руководством, — спокойно предложил я. — Виктор Викторович Козлов. Вас соединят по запросу. Скажите, что со мной — доверенное лицо.

На сей раз нам пришлось ждать долго.

Курц отнёсся к приключению совершенно невозмутимо. Пока я реанимировал свой телефон, просматривал входящие пропущенные звонки, сообщения и активность в Коллективе, орк расслаблялся в глубокой медитации. По всему помещению расходились упорядоченные волны силы. Мощный, чертяка…

У меня было достаточно времени, чтобы обдумать сложившуюся картину. Даже по скудной информации, имевшейся у Козлова, получалось, что активность эмиссаров растёт. И все их операции в той или иной степени ориентированы на менгиры. А ещё с исследованиями в этой сфере плотно связан покойный отец моего носителя. Покойный ли? Не так всё просто, как выставили советские власти. Никто не будет избавляться от специалиста, располагающего сведениями государственной важности. Гораздо проще инсценировать его смерть, отрезать даже от общения с близкими и полностью засекретить все исследования.