Она удивленно посмотрела на него, потом расхохоталась.

– Вот так да! Ты, оказывается, большая шишка, Кугал. И такой старый… Сколько же тебе лет?

– Говорят, что мы редко дотягиваем до трех тысячелетий. Тут и опасности, связанные с культовыми битвами, и нехватка оздоровительных оболочек. Я был очень рад, когда ты стала моим целителем в Афалии.

– И для начала влюбился в своего лечащего врача. Конечно, сближение делает лечение более эффективным, это заметил еще кто-то из древних мудрецов.

– Ну, это общее правило.

– Вовсе нет! Просто наши ментальные структуры сходны. Нам хорошо друг с другом, но это далеко не любовь.

– Конечно, это ее преддверие…

– Кугал, ты всегда будешь моим самым близким другом, но…

– Ты не желаешь, чтобы я последовал за тобой через «врата времени»? Мое присутствие будет раздражать тебя?.. Хорошо, я останусь здесь.

– Нет! – вскрикнула она. Впервые ее защитный экран исчез. – Я ведь действительно не люблю тебя… но как мне жить, если тебя не будет рядом?..

Он ответил ей страстным душевным вскриком, потом взял ее за руки, и Клу почувствовала, как через их соприкоснувшиеся пальцы в нее вливается его тепло, проникает в каждый нерв, в каждую клеточку. Ее тело наполнилось огненной силой. Они соединились в единой мысленной ауре. Темная фигурка в плаще и светловолосый гигант в тунике вдруг засветились розово-золотистым светом. Всего на мгновение… Казалось, в дворцовых воротах вспыхнул чудесный факел и тут же угас. Кугал взял женщину за руку, и они направились в город.

– Это позволит решить все вопросы, разве ты сам не понимаешь? – Дайана Манион яростно пыталась убедить Хагена. – В таком случае, мы можем не беспокоиться, что Содружество начнет судебное преследование. Нам не надо бояться каких-либо унижающих нашу честь действий или общественного остракизма, потому что кто мы есть?.. Ты утверждаешь, что Марк солгал. Но только по второстепенным, не относящимся к делу пустякам. В главном – в том, что нам, детям, необходимо принять участие в создании новой великой гуманоидной расы – он прав! Он об этом всегда говорил. Вспомни, что мы заучивали в школе? Теперь мечта твоего отца уже не безнадежная фантастика, а реальное будущее, постучавшее в нашу дверь. Разве разумно отдавать его в руки экзотиков, пусть даже самых гуманных, следующих самым высоким идеалам. Ведь это наше детище. Уже сейчас мы можем покинуть замок и начать работу там, на Окале. Мы можем нарожать армию супердетей! Мне нет дела до других, я ни о чем ином теперь и думать не в состоянии. Да, они будут выращены в пробирках в искусственной среде, подобно тем зародышам, которые в эпоху Содружества вывозятся на другие планеты для колонизации. Все равно я буду гордиться ими! Дорогой, ты – ключ к осуществлению величайшей в истории дерзновенной мечты! И ты сомневаешься!.. Клу здесь совершенно ни при чем. Если то, что ты рассказал мне, правда, значит, твоя сестра всего-навсего является носительницей яйцеклеток. Ну, сколько их можно будет взять у нее? Какую-то жалкую сотню тысяч, да и то не все они будут годны. Но ты…

– Вот уж великая награда, – тихо рассмеялся Хаген, – быть самцом-производителем и поставлять миллионы и миллионы сперматозоидов для выведения расы суперменов. При умелом хранении «ментальные люди» смогут плодиться, даже когда меня уже и на свете не будет. Если случайно, так сказать, погибну…

Он стоял на берегу пруда, смотрел на темную маслянистую поверхность воды, где плавали закрывшиеся бутоны огромных первобытных лилий. Запах ананасов над прудом был густ и томителен. От возбужденной Дайаны, потрясенной перспективой создания новой расы, Хаген отгородился непробиваемым защитным экраном.