Дверь двигательного отсека Ким запер очень тщательно. Потом, оглядевшись, достал пистолет и несколькими выстрелами приварил ее к стальным косякам. Будет очень неприятно, если кто-то заглянет сюда раньше времени.

Сумку и куртку ремонтника Ким оставил в двигательном отсеке, пистолет спрятал во внутренний карман комбинезона. Он рассчитывал уйти чисто, но мало ли что могло случиться. Нельзя предусмотреть всего.

С корабля Ким сошел по тому же трапу, неловко покачиваясь и цепляясь за поручни. Охранники его узнали, да он и не ждал другого.

— Ребята, я за пивом… Не знаю, как вам, а нам не хватило… — Ким почесал подбородок и глупо засмеялся. — Вам захватить? А то что-то так мерзко…

— Отсыпался бы лучше, — с укоризной произнес усатый охранник. — На ногах же не стоишь.

— Не стоял бы — не пришел, — глубокомысленно изрек спустившийся по трапу выпивоха. — Ну так как, вам брать?

— Ладно, возьми парочку… — Второй охранник взглянул на усатого коллегу и с его молчаливого согласия протянул бойцу купюру. — Лучше «Императорского».

— Об чем речь… Ты что, какие деньги, я ж по старой дружбе… — Отмахнувшись от купюры, боец повернулся и нетвердой походкой направился в сторону переливавшихся на краю космодрома огней.

— Поторопись, мы скоро меняемся! — крикнул ему вслед усатый охранник. Боец ответил что-то невнятное и поковылял дальше.

— Не придет, — с уверенностью заявил второй охранник, пряча в карман купюру. — Выжрет еще банку и свалится где-нибудь.

— Может быть, — пожал плечами его напарник. — Проклятая служба…

Это было не столько неприятно, сколько неожиданно. Сидя в своем роскошном кресле, Чалми жевал потухшую сигару и в который уже раз перечитывал отчет о гибели корабля на базе близ Лондона. Странно, необъяснимо. Да, это далеко не первый погибший корабль, война есть война. Но чтобы вот так, на космодроме…

Вероятно, это сделал кто-то из команды корабля, другого объяснения у Чалми не было. Никакой чужак не сможет пробраться на корабль, перебить охрану в комнате наблюдения, проникнуть в двигательный отсек… Да нет, это был кто-то из своих, причем из высших офицеров. И записи стер, чтобы его не узнали. Свой. Но кто эта сволочь?

— Сэр, к вам генерал Моррис…

— Пусть войдет, — мрачно ответил Чалми, нажав кнопку связи. Затем снова зажег сигару и откинулся в кресле. — Садись, Себастьян… — Чалми взглянул на вошедшего Морриса и выпустил к потолку облачко дыма. — Читал это?

— Читал. — Сев в кресло, Моррис взял отчет, затем снова положил его на стол.

— И что скажешь?

— Скажу, что надо усилить охрану. Проворонили.

— Не думаю. Скорее, это был кто-то из экипажа.

— Нет. — Моррис покачал головой. — Ты не знаешь последних данных.

— Ну и? — Чалми с любопытством взглянул на Морриса. Себастьян уже давно заслуживал повышения, но тогда его пришлось бы отправить руководить каким-либо филиалом Департамента. Чалми же хотел видеть Морриса здесь.

— Нашли одного бойца, в ту ночь его оглушили и выкрали пропуск. Он описал преступника, примерно такое же описание дали охранники, дежурившие у кормового трапа.