АЙЗЕНКОТ: Фугасы-то сохранились. Всё верно. Но вот носители…

НЕТАНЬЯХУ: Да, с носителями проблема. На истребители наши устройства просто так не подвесишь, а ракет среднего радиуса у нас отродясь не водилось.

КОЭН: Я думаю, эта проблема решаема.

НЕТАНЬЯХУ: Как?

КОЭН: «Хавтаа-2».

(пауза)

ЛИБЕРМАН: Опытный образец тяжёлого беспилотника?

КОЭН: Да.

НЕТАНЬЯХУ: Хм, я конечно, премьер, но, похоже, не знаю самого главного. Что это за беспилотник такой? И почему мне о нем ничего не известно?

АЙЗЕНКОТ: Видите ли… это была исключительно программа ЦАХАЛ. Её закрыли шесть лет назад по требованию американцев. Они правильно углядели опасность, а мы решили не доводить до конфликта.

НЕТАНЬЯХУ: Могли бы и предупредить. Хотя о чём это я? Вы же, как государство в государстве… Ладно. Давайте, рассказывайте, что и как.

АЙЗЕНКОТ: Ну, особо хвастаться нечем. Мы просто пробовали расширить возможности уже существующих образцов. В итоге получился некий эрзац размерами, как у стратегического бомбардировщика, но с вдвое-втрое меньшей боевой нагрузкой. Основной вес приходился на топливо и управляющую аппаратуру. Никаких технологий «стелс», никакой активной защиты, только средства радиоэлектронной борьбы. В смысле, полная маскировка под гражданские лайнеры, с транспондерами и прочим.

НЕТАНЬЯХУ: Ага. Я, кажется, понимаю… Наш план в том, чтобы, когда американцы начнут чихвостить в Сирии русских и Асада, этот беспилотник под видом пассажирского самолета проник в воздушное пространство Ирана и рванул бомбу над Кумом? Так?

КОЭН: Так, господин премьер.

НЕТАНЬЯХУ: А вам не кажется, что это чистой воды авантюра? Если что-то пойдет не так, мы рискуем получить сразу от всех, включая союзников и нейтралов.

КОЭН: Думаю, мы ничем особенно не рискуем. План операции уже прорабатывался, причем, в более сложных условиях. Сейчас же обстановка для его реализации не просто благоприятная, она уникальная. Русские, сирийцы и персы сцепятся насмерть с американцами. Саудиты, по нашей негласной наводке, ударят по иранским базам на юге, оттуда идет основной трафик хуситам. Сама операция, понятное дело, будет происходить ночью. Пара гражданских рейсов Стамбул-Тегеран и Дамаск-Тегеран вылетают как раз после полуночи. Перед вхождением в иранскую зону ответственности мы перехватим диспетчерское управление и развернём самолеты обратно. Один из них будет подменён нашим беспилотником и продолжит полёт над Ираном. Связь с диспетчерами от имени летчиков обеспечат наши специалисты. Даже если иранцы что-то и заподозрят, визуально проверить они ничего не смогут — «Хавтаа-2» внешне похож на «Эйрбас-330», ночью их друг от друга не отличить. Снижение и отклонение от маршрута на сто километров к югу — самая критичная часть плана, но, полагаю, что достаточно убедительные основания мы персам представим. Само устройство будет находиться внутри фюзеляжа под бронезащитой. Его взрыв, даже если иранцы решатся сбить беспилотник, скроет любые следы.

(долгая пауза)

НЕТАНЬЯХУ: Хорошо. Подготовьте подробный план операции. Время у нас есть. Изучим детали, тогда и решим…

— Пойдем, покурим?

— А надо?

— Надо, Мыкола. Надо…

Двое неспешно прошли в конец коридора. Скрипнула дверь. На выходящем во внутренний дворик балконе никого не было.