|
— А вы уверены, что мы действительно позволили сделать это? — спросил Бреннер, хотя ответ лежал на поверхности. Салид был по-своему прав. Но одновременно он страшно ошибался — однако странным образом одно не противоречило другому. — Да! — горячо заявил Салид. — Во всяком случае, большинство из нас. Но не я. Я отказываюсь жить так, как мне не хочется! В этот момент Бреннер наконец понял, почему Салид стал тем, кем он стал. — Никто не принуждает вас жить так, как вам не хочется, — промолвил он, хотя знал, что его слова бесполезны. Бреннер на минуту забыл, с кем имеет дело, но он призвал себя к осторожности и осмотрительности и внутренне собрался. Подобная небрежность в данных обстоятельствах могла закончиться для него трагически. Теперь он знал тайну Салида. Она была столь же простой, сколь и чудовищной, и ее последствия были ужасны: Салид просто искал кого-нибудь, с кем он мог вести смертельную борьбу. Если бы он родился в Германии, он скорее всего стал бы членом организации “Красные бригады” или какой-нибудь подобной террористической группы. В Ирландии он, вероятно, вошел бы в руководство Ирландской республиканской армии, а в Соединенных Штатах он, возможно, вступил бы в ку-клукс-клан. Для Салида не имело никакого значения, с кем бороться, именно поэтому, может быть, в данной ситуации требовался такой человек, как он, для того, чтобы вести борьбу не на жизнь, а на смерть, борьбу безнадежную, без всяких шансов на победу. Бреннер теперь понимал роль Салида в нынешней ситуации. Но он спрашивал себя, какая же роль отведена в этой истории ему самому, Томасу Бреннеру. Не желая больше вести разговор, Бреннер встал и, нагнувшись, прошел мимо Салида и Йоханнеса вперед. Человек, сидевший за рулем, мельком взглянул на него и кивнул на переднее пассажирское кресло. Вероятно, он слышал разговор Салида с Бреннером, а также видел то возбужденное состояние, в котором сейчас находился Бреннер. Бреннер кивком головы поблагодарил водителя за приглашение и воспользовался им. Несколько минут они сидели молча, а затем незнакомец внезапно сказал: — Он тяжелый человек. Бреннер, который вновь погрузился в свои мысли, не сразу понял, о ком идет речь. Затем он —кивнул, преодолевая искушение оглянуться на Салида. — Вы имеете в виду… Салида? — Он террорист, не так ли? При других обстоятельствах Бреннеру показался бы совершенно невероятным тот факт, что спасший им жизнь человек даже не знает, кто они такие. Но сейчас Бреннеру все это показалось вполне логичным. Не отвечая на вопрос незнакомца, он спросил: — Как вас зовут? — Моя фамилия Хайдманн, — ответил незнакомец. — Но это не имеет никакого значения. Я был когда-то полицейским… Очень давно. Бреннер подумал про себя, что это было, наверное, час тому назад, или и того меньше. — А кто вы сейчас? — снова спросил он. Водитель пожал плечами и неловко повернул руль, машина вильнула влево, а затем ее сильно занесло вправо. В конце концов, однако, Хайдманн справился с управлением. — Плохой водитель, вот кто я сейчас, — улыбаясь ответил он. Но Бреннер оставался все таким же серьезным. — Почему вы помогаете нам? — спросил он. Хайдманн не сразу ответил, некоторое время он смотрел куда-то в пространство невидящим взором. Бреннер понял, что он просто высматривает дорогу сквозь начавшуюся вдруг метель. — Думаю, это случилось оттого, что я сделал свой выбор. Я выбрал жизнь и стал на ее сторону, — наконец сказал он. По мнению Бреннера, это был довольно странный ответ, в нем чувствовалась какая-то тайна. Особенно если учесть, что эти слова произнесли уста человека, который по всем канонам медицины должен был быть мертв. |
