Джек обождал, пока Карл ударит по мячу – обежавшему лунку по краю, – прежде чем заговорить.

– Когда это ты в гольф‑клуб вступил?

Карл вздрогнул, оглянулся:

– Ох, это ты! Опять меня испугал. Научись шуметь посильней, когда к людям подходишь.

– Извини, постараюсь. Скажи, пожалуйста, поймала твоя камера мисс Манди за поливом газона?

– Снова пустой номер, – ухмыльнулся парень. – Надеюсь, никогда не поймает. Готов продолжать это дело до конца года, пока док Денгров платит.

Джек взглянул на мячи, выстроившиеся в линию на траве перед Карлом в ожидании удара.

– Членство в гольф‑клубе – одна из наград за работу?

Тот покачал головой:

– Никакой я не член. Играю только в свободное время по выходным, при условии, что никому не мешаю. С дальними ударами плоховато, счет на восемнадцать лунок просто панорамный, а закатывать мячики в лунку люблю. В общем, я неплохой игрок в миниатюрный гольф.

– Ну, еще бы. – Потрясающе, восхитительно. Джек махнул рукой, повернулся. – Побегу дальше. Удачи. Закатывай в лунки, сажай птичек в гнезда.

Но так никуда и не побежал. Замер на месте при виде курсирующего по проселочной дороге с другой стороны ограды красного помятого пикапа. Грузовичок притормозил – в Джека из‑под козырька грязной кепки «Джон Дир» впились косые глаза – и вновь набрал скорость.

Потрясенный Джек оглянулся на Карла, намереваясь спросить, знает ли он, кто это такие, но все понял по болезненному выражению лица садовника, смотревшего вслед прыгавшему среди деревьев пикапу.

– Тебе эти ребята знакомы.

Карл, тяжело сглотнув, отвел глаза.

– Почему ты так думаешь?

– Вижу. Кто они такие?

– С ними никто не связывается. Сам не пожелаешь.

– Пожелаю. – Особенно после вчерашнего рассказа отца о происшествии. Джек сурово посмотрел на него. – Кто они, Карл?

Тот, похоже, собрался молоть чепуху, потом его плечи поникли, и он покачал головой:

– В Глейдс живут. На лесистом пригорке в лагуне.

– Я думал, там жить запрещается, кроме каких‑нибудь местных индейцев.

– Тебе наверняка известно, что запрет далеко не всегда исполняется на самом деле.

Конечно, известно.

– Знаешь, где эта лагуна?

– Пожалуй, – кивнул садовник.

– Как мне туда добраться?

– Никак, если дороги не знаешь.

– Можешь показать по карте?

– Она на карте не отмечена. Хорошо спрятана.

– Откуда же ты знаешь, где она находится?

Карл потупил взгляд:

– Я там родился.

Джек не удивился. Видел, как выглядят седоки красного пикапа, догадывался, что с правой рукой Карла что‑то не в порядке. Добавим рассказ Ани о мутациях в результате протечек Иного в узловой точке в Глейдс, и вывод очевиден.

Припомнились другие уродцы, встреченные раньше в этом году. Мелани Элер, Фрейн Кэнфилд приписывали свои увечья «прорыву Иного» в момент их зачатия. Наверняка с Карлом та же история.

– Ну тогда, – сказал он, – проводи меня.

Парень попятился, махнул рукой:

– Н‑нет... ни за что. Я удрал оттуда много лет назад и больше никогда не вернусь.

– Да ведь если лагуны нет на карте, ты не можешь объяснить, где она, не хочешь проводить, как мне ее найти?

– Ни за что не найдешь. В том‑то все и дело.

И как бы в знак того, что разговор закончен, он склонился над лункой, готовясь к удару. Стукнул по мячу – тот полетел далеко в сторону.