— Да, — ответил Алан. — Я рассказал ему о вас, и он очень хочет познакомиться. — И он с милой улыбкой отворил дверь на кухню.

Дороти судорожно проглотила слюну. Через несколько секунд она окажется лицом к лицу с человеком, который, как она верила, является ее отцом. У нее отчаянно участился пульс и подогнулись колени.

Она шагнула мимо Алана в дверь, не сомневаясь, что он слышит громоподобный стук ее сердца, и остановилась, как вкопанная.

За кухонным столом сидели трое, и все они дружно обернулись к вошедшим. У Дороти сердце ушло в пятки. Ее взгляд остановился на аккуратно одетом незнакомце, сидевшем спиной к окну. Этот человек был ее отцом!

Кровь гулко застучала в висках. Дороти, не отрываясь, разглядывала красивое худощавое лицо, седые волосы, серые глаза.

— Ну вот и вы наконец. — Соня встала. — Дороти, познакомься с нашим соседом и другом, Эндрю Гибсоном.

У Дороти даже щеки заболели от усилий — так старательно она сохраняла на лице приветливую улыбку. Девушка с трудом оторвала ноги от пола и приблизилась к человеку, о существовании которого узнала несколько недель назад.

— Эндрю, это Дороти О'Хансен, — продолжала Соня. — Она помогает Алану с Алмазом.

Эндрю Гибсон тоже поднялся и обошел вокруг стола, чтобы поздороваться.

— Дороти — какое милое, старинное имя. Очень приятно познакомиться, — он протянул руку.

— Спасибо, — выдавила Дороти хриплым от сдерживаемых эмоций голосом.

Внутри она вся тряслась, словно осиновый лист, и надеялась, что никто не заметил, как дрожали ее пальцы, когда она пожимала руку отца. Рукопожатие было быстрым, но стоило их взглядам встретиться, как Дороти показалось, что в глазах отца промелькнуло нечто, похожее на узнавание. Ей часто говорили, что она пошла в мать. Может быть, Эндрю заметил сходство?

Ее внутреннее напряжение уже почти достигло предельной точки. Голову переполняли готовые сорваться с языка вопросы. Но она увидела, как его улыбка стала формальной, а брови сдвинулись, и ее охватило разочарование. Она слегка покачнулась. Алан мгновенно оказался рядом и поддержал ее за талию.

— Вам нехорошо?

— Пустяки, все в порядке, — пробормотала Дороти, но ее голосу явно не доставало убедительности. — Извините, но я наверное чуточку проголодалась, вот и все, — быстро добавила она, ухватившись за первый предлог, который пришел ей в голову.

Она отодвинулась от Алана, обнаружив, что от его прикосновения голова кружится только сильнее.

— Я… я не обедала сегодня, — запинаясь, произнесла она, одновременно молясь, чтобы ее объяснения развеяли подозрения Алана, но один брошенный на него взгляд дал ей понять, что она в этом не преуспела.

— Обед пропускать очень нездорово, — материнским тоном упрекнула ее Соня. — Садись, Дороти, перекуси пока сыром и крекерами.

Дороти с облегчением села. Тело и рассудок прилагали усилия, чтобы справиться с бурей эмоций, грозящих поглотить ее. Алан наклонился над столом, придвинул к ней блюдо с крекерами. Эндрю, усевшийся рядом, достал из стаканчика бумажную салфетку и протянул ей.

— Спасибо, — выговорила Дороти, сумев улыбнуться.

— Ешьте, — велел Алан тоном приказа, дыша ей в ухо.

Поежившись, она взяла крекер и захрустела им. Он показался ей совсем безвкусным, и она с трудом подавила отвращение. Соня подошла к холодильнику и вернулась со стаканом апельсинового сока.

— Выпей, это поможет. — Она ободряюще улыбнулась.

Дороти бормотала слова благодарности, мучительно ощущая, что взгляды всех устремлены на нее.