— С высокой вероятностью — да.

— А кто, Орос?

— Либо Орос, либо Фали, мы изучаем этот вопрос. Возможно, совместная операция. Соответственно, еще одна цель — отбить Корас из-под влияния Истрелии и заставить его перейти на орбиту Ороса или Фали, пусть даже ценой потери ценных аграрных территорий. Как видишь, с точки зрения организаторов — одни сплошные плюсы и очень мало минусов.

— Д-да уж… — пробормотал я. — Я бы сказал, ковровая бомбардировка плюсов… То есть теперь подобных… Нападений на АЭС можно ожидать во множестве? И других атак тоже?

— Не знаю, — задумчиво сказал Аркадий. — Данных пока мало. Когда я сказал, что мы перешагнули порог, я не имел в виду, что боевые действия начнутся уже завтра. Я имел в виду, что враждебность выплеснется открыто. Но именно напасть — я имею в виду, перейти границу на танках и самолетах — вряд ли кто-то рискнет в ближайшее время.

— Почему? Если они так уверены в себе.

— Тебе что-нибудь говорит словосочетание «атомная бомба»?

Епрст. Я так и думал! Вот почему стоит только предположить худшее, так оно тут же начинает сбываться⁈ Ну конечно, конечно, блин, тут есть ядерное оружие — раз есть атомная энергетика! Смешно и наивно было предполагать иначе. Достойно мальчика-волшебника!

— Вижу по лицу, что говорит, — Аркадий вздохнул. — Тридцать два года назад самые влиятельные страны Ойкоса договорились не разрабатывать атомное оружие. Но все, конечно, продолжили. Однако только Ордену удалось втайне и создать, и испытать рабочее изделие. Взрыв тогда замаскировали под очередной визит Хищника на хребет Ляляу. Иностранные разведки об этом хорошо знают — тогдашний Магистериум сам передал им материалы. Это оружие чудовищной силы, куда более страшное, чем любая Тварь, которая способна проникнуть в наш мир.

…Этого он мог бы и не говорить, это я и сам знаю.

— Мы в одностороннем порядке обязались не применять его, — сказал Аркадий. — Но наши заклятые друзья знают, что оно у нас есть. И поэтому они не рискнут открыто пытаться отобрать у нас территорию или другие ресурсы. А вот магия — совсем другое дело. Магия — последний ресурс, который в нашем сегодняшнем мире пока не поделен и не имеет хозяев. Кто опередит соседей в магической гонке, тот и станет лидером.

— Как можно победить в этой гонке, пока никому не удалось инициировать рабочего мага? Не считая тебя.

— Меня действительно можно не считать, — Аркадий плавно повел рукой: видимо, это должно было означать взмах. — Эта маленькая демонстрация со стаканом воды исчерпала мой запас магической энергии часа на два. Но ведь есть другие одаренные, которые можно при определенном запасе везения — или просто времени и усилий — инициировать.

— Те, кого пропустило Проклятье? — уточнил я.

— Именно. Оно ведь отбраковывает довольно много одаренных. Для начала, всех магов земли — да, они достоверно существовали в более раннюю эпоху, но, видно, эту стихию признали беспереспективной для воздушного боя. Во-вторых, всех тех, кто не подходит по морально-волевым качествам. В-третьих, тех, у кого рано началось половое созревание — скажем, лет в десять или в восемь. В-четвертых, даже из оставшихся Проклятье инициирует далеко не всех, а лишь поддерживает заданное количество «рабочих» детей-волшебников. К счастью, пока нет способа искать магически одаренных детей или взрослых. Физиологических или генетических отличий мы пока не нашли, обычный скрининг таких как ты или я не обнаруживает.

«Ну ясное дело, — подумал я, — а то бы моих родителей еще школьный врач предупредила бы!»

Аркадий, между тем, продолжал:

— Но исследования ведутся, и, надо полагать, рано или поздно кто-то такой способ найдет.